— И что о ней было написано в твоей книге?

— Ничего, книг о войне нет. Я знаю, что после Раскола пару сотен лет все шло мирно, они немного торговали между собой, но, в общем-то, друг друга не касались. Сам понимаешь, на Эмилере всегда столько дел…

— А что Светлые? Неужели не появились?

— А что бы изменилось с их появлением? Не догадываешься?! Да кто бы их слушать стал этих Светлых?! Тут под боком такие «жуткие негодяи», эти самые «клыкасто-розовые» враги… как можно с ними мириться?! — картинно возмутилась Лея. — Поверишь, всю абсурдность этой войны я поняла только в пещере… когда удалось сочетать мою магию и твою силу. До этого я об этом никогда не задумывалась, вообще… никогда. Мне всегда казалось, что у нас нет выбора, надо воевать, чтобы выжить, а только там я взглянула на все с другой стороны…

Лея сказав о пещере, вновь напомнила Райну о его затее. Он отложил вино и повернулся к эмирими.

— Итак, спросим благословление? Вдруг древние легенды и тут не лгут?! — спросил лэр, затаив дыхание. Он, во что бы то ни стало, добьется Лею!

Эмирими легко улыбнувшись, махнула рукой. Вот кто бы подумал, что такой огромный воин любит легенды и верит в подобные побасенки!

— Сказки это! Спрашивай, я не против. И не боишься оказаться в смешной ситуации? — ерничала Лея, дотянувшись, наконец, до еще одной шкуры лежавшей на скамье. Половинку она ловко кинула задумчиво смотрящему на нее Райну, на другой удобней устроилась сама. Сон — как рукой сняло. Отложив кружку, Лея внимательно посмотрела на внезапно замолчавшего гостя.

— Сказки, говоришь?! Ради такого ничего не побоюсь! — помолчав, наконец серьезно ответил Райн, испортив шутливое течение беседы.

— Угу, ты спрашивай, а я посплю… — забавляясь, ответила Лея, решив, что опасная тема почти миновала. Она сделала вид, что взбивает его плечо словно подушку и, довольно вздохнув, устроила голову на нем.

Райн улыбнулся ее шутке с укладыванием, сосредоточился и тихо, но от всей души сказал:

— Создатель! Если мы задуманная пара, благослови наш союз! Я хочу, чтобы эта девушка была всегда рядом со мною!

Тишина. Лея замерла, не понимая, что происходит и вдруг… Она случайно взглянула на руку, по которой побежали завитки брачной печати.

Лея подскочила со шкуры, внезапно взвизгнув, словно раненая кошка. Чем перепугала Райна, который сразу схватился за клинок, нервно оглядываясь в поисках невидимого врага.

— Смотри! — испуганно показала она свою руку.

По руке побежали невиданные доселе узоры. Двух цветов, зеленого и розового.

Райн, убрав оружие, резко подняв рукав шерстяной рубашки, отчетливо осмотрел свою брачную печать — она проявилась у него еще сильнее. Он, ликуя, посмотрел на Лею, очень довольный проведенным экспериментом.

— Лея! Сработало! Он благословил истинную пару! Я не верю! — счастливыми глазами он смотрел на Лею!

— Я тоже… — потрясенно выдохнула Лея, пока не испытывая ничего кроме испуга. — Да и цветов я таких не видела. У нас все белые и розовые, иногда красные… а тут зеленый!

— У нас все оттенки зеленого… и серый, иногда…

— Красиво! Очень! Несмотря на столь непривычное сочетание… — Лея осмотрела законченный узор, в душе потеплело. — Не лгут старые легенды…

— Ха, я так этого хотел, а сейчас потерялся… — признался до сих пор шокированный лэр. Лея кивнула.

Он довольно выдохнул:

— Жена! Ты моя Жена. Я и надеяться не мог!

— Муж… Да… замужем… — До нее это никак не доходило. — Не верю! Сейчас действие вина пройдет, и я проснусь! — тихо ответила Лея, разглядывая оконченный рисунок, светящийся на коже.

— Нет, этого я не позволю! — возмутился Райн. — Я тебя никуда больше не отпущу!

— Можно подумать, ты можешь меня заставить что-то сделать.

Райн мягко, словно кошка приблизился к ней, лукаво улыбаясь одними глазами:

— Никогда! Зато я легко могу соблазнить собственную жену. Да еще и с каким удовольствием!

Подхватив Лею на руки, принялся ее страстно целовать, так до конца не поверив, что она навсегда его.

Завтра он займется детьми, войной и миром, но сегодня они будут делить счастье на двоих, умножая его сторицей.

Но и на следующую ночь он не вернулся в свой дом, а о детях вспомнил только на третий день, когда Лея ближе к ночи повела его знакомиться с сестрой.

Дирк проследовал в указанную Атем комнату. Столовая. На полу, застеленном в центре шкурами серых мароков, стоял большой резной стол и такие же лавки. Деревянные стены дома были натерты чем-то блестящим, подчеркивающим тонкую внутреннюю структуру светлого дерева, что само по себе выглядело как изысканное украшение.