Шрифт:
Этот перечень можно продолжать почти до бесконечности.
...Сторонники противоположной точки зрения возразят, что без самого широкого использования достижений химии современная цивилизация невозможна вообще и что все перечисленное – не ложка даже, а лишь ничтожная капелька дегтя в бочке благ, которыми нас одарила химия. Бесспорно, объективности ради с ними порой соглашаются, но очень уж досаждает нам эта самая капля дегтя, и вновь и вновь назойливо возвращается мысль: а нельзя ли от нее избавиться? Ну, и наиболее нетерпеливые выступают в крестовый поход против химии в целом.
Резко преобладают упреки во вредном влиянии процесса химизации нашей жизни на человека и живую природу. Вспомнят, конечно, при случае и о горестной судьбе каких-нибудь мраморных шедевров, на беду которым неподалеку был выстроен нефтехимический комбинат, но основные претензии к химикам, подавляющее большинство упреков в их адрес можно резюмировать одним словом: «отравители».
Обвинение, конечно, нешуточное и требует серьезной аргументации, серьезного разбирательства. По оценкам Агентства по охране окружающей среды США, в нашем окружении находится более четырех миллионов синтетических соединений, в том числе 63 тысячи – в широком употреблении. Ежегодно прибывает 25...40 тысяч новых, причем производство примерно 300 из них достигает промышленных масштабов. При таких темпах тщательное изучение биологических последствий появления каждого нового вещества в окружающей нас среде практически невозможно. Правда, многие соединения синтезировались именно ради использования их действия на биологические объекты разного рода: от бактерии до человека.
Любителям детективных романов наверняка запомнились многостраничные описания дискуссий в судах, чаще всего этим грешат английские и американские авторы, о квалификации преступления. С заранее обдуманным намерением, без такового, умышленно, неумышленно... Совершенно аналогичным образом можно подразделить и обвинения в адрес современной химии. Есть вещества, которые синтезированы для каких-то технических нужд и которые, однако, оказывают какое-то вредное действие на биологические объекты. Есть же вещества, синтезированные именно с мыслью о таком действии. И если их применение должным образом не контролируется, последствия бывают особенно печальными.
И у специалистов: экологов, врачей, агрономов, лесоводов, и среди широкой общественности наибольшие опасения вызывает именно широкое распространение веществ этой группы – биологически активных соединений.
Протокол одного заседания
– Глубокоуважаемые коллеги, – начал председательствующий. – На развитие нашей отрасли знания, как вам известно, ассигнована значительная сумма...
Он председательствовал уже не впервые, и люди, собравшиеся в зале, были ему в основном хорошо знакомы. Поэтому можно было себе позволить такую вот эффектную паузу, неспешно направить слегка съехавшие тяжелые очки и еще раз обвести серьезным взглядом притихшую аудиторию.
...Значительная сумма – сто миллионов рублей.
Впрочем, может быть, то были не миллионы, а тысячи или миллиарды, да и вовсе не обязательно рублей, а каких-нибудь долларов, злотых или даже драхм.
– Нам предстоит рационально распределить эти средства, – продолжал профессор, чувствуя, что зал молчит все более напряженно, – и, не повторяя ошибок недавних лет... (Какой-то шелест справа, несколько взглядов украдкой в сторону вальяжного седобородого франта)...стремиться равномерно стимулировать развитие всех важнейших направлений науки о биологически активных соединениях.
Словно подброшенный невидимой пружиной, вскочил сравнительно молодой еще человек, обладатель роскошно загоревшей лысины.
– Вот то-то и оно: равномерно ли, уважаемый Николай Иванович? (Впрочем, какой же Николай Иванович, если это драхмы? Ладно, будем считать, что делятся все-таки рубли, или же что председательствующего зовут не Николай Иванович, не имеет это значения.) Все мы знаем, что за последние пять лет исследования, направленные на разработку новых химических средств защиты растений, финансировались совершенно недостаточно. У нас есть перспективные соединения, на основе которых могут быть созданы очень эффективные препараты для борьбы с филлоксерой – этим бичом виноградников...
Здесь лысый энтузиаст почему-то выразительно взглянул в дальний угол зала, а собравшиеся приглушенно захихикали.
– Для доведения этих препаратов и широкого их внедрения нам нужно по крайней мере миллион. Если учесть, что ежегодные потери урожая винограда от филлоксеры составляют...
– Аркадий Борисович (ладно, пусть уж речь идет все же о рублях), вы как-то чересчур конкретно приступаете к дележу предназначенной для нас суммы, – председательствующий пытается подавить легкий галдеж, спровоцированный эмоциональной репликой филлоксерщика. – В конце концов, я полагаю, вы не окажетесь обиженным, но, когда я говорил о равномерномраспределении этих средств, я имел в виду прежде всего целесообразность...
– Конечно, целесообразность, – внушительно сказал некто, сидящий в первом ряду. Он даже не встал и говорит умеренно громко, но очень, очень внушительно. – Наш препарат бравостатин в лабораторных испытаниях дал увеличение привеса поросят на сорок процентов. Яйценосность кур увеличивается под действием бравостатина почти в полтора раза. Сейчас у нас нет средств ни на разработку регламента, ни на расширенные производственные испытания. Считаю, что всякие препятствия на пути его внедрения – просто вредительство.