– А зачем? – недовольно поинтересовалась Наташа.

– Что – зачем?

– Смысла сохнуть не вижу, – отрезала девушка. И продолжила:

– Я понимаю, если бы сейчас были те времена, про которые мы фильм снимали. Мушкетерские или там рыцарские. Тогда – да! Тогда у мужиков и выбора-то особо не было по кому сохнуть. А сегодня!? Если есть у мужика желание и бабло, так ему любая телка доступна.

– А что важнее, – не выдержал Сергей, – бабло или все-таки желание?

Наташа, прищурившись, посмотрела ему в глаза, словно изучая. Он ждал ответа, но девушка решила оставить эту тему.

– Вы не подвезете меня до банка? – спросила она после недолгой паузы.

– Конечно же, Наташенька, – вздохнул Сергей. – Вам в какой-то определенный банк, или в любой?

– Вот.

Она передала ему сложенный вдвое лист бумаги, развернув который, Сергей увидел знакомый адрес.

– Надо же! Похоже, и вас, и меня собирается нанять на работу один и тот же оригинал.

– Что вы имеете в виду? – заинтересовалась она.

– А то, что я сейчас направляюсь как раз в этот банк, чтобы получить точно такой же аванс.

– Вы шутите?

Вместо ответа Сергей достал из кармана рубашки ключ и такой же лист бумаги.

– Значит, нас вместе приглашают сниматься, – сделала она вывод. – Интересно, а кого еще пригласили?

– Для меня это уже не важно, – сказал Сергей, не скрывая радостной улыбки. – Главное, что сниматься мы будем вместе, и возможно, вы еще раз спасете меня, подав руку помощи.

– Может, и будем, – пожала плечами Наташа. – Смотря, какую роль мне предложат, и какие условия поставит этот ваш оригинал.

Об условиях они должны были узнать с интервалом всего в один час. И Сергей, и Наташа были приглашены прийти по указанному адресу. Они вместе забрали в банке деньги, потом Сергей доехал до дома, где была назначена встреча с «оригиналом». Наташа попросила его особенно не задерживаться и сказала, что останется в машине читать журнальчик.

Дверь Сергею открыл пожилой мужчина лет под семьдесят, опирающийся на изящную трость, одетый в достающий до пола махровый халат темно-синего цвета и тапочки. Абсолютно седые волосы, такие же седые круто изогнутые брови, заинтересованно-оценивающий взгляд голубых глаз, ямочка на подбородке. В былые годы он наверняка нравился женщинам.

– Здравствуйте, господин Фролов. Меня зовут Максим Николаевич. Пройдемте сразу в основную комнату, – старик сделал приглашающий жест рукой, в которой держал пульт дистанционного управления, пропуская каскадера вперед.

Изначально Сергей подумал, что пришел в типичную хрущевскую двушку. Но оказалось, что после большой проходной комнаты, в комнатке-спальне имеется еще одна дверь, ведущая в еще одну комнату. У окна – рабочий стол с компьютером и монитором, музыкальным центром, вертящимся креслом; стеллажи вдоль стен поднимались от пола до самого потолка и были заставлены дисками и видеокассетами, на корешках которых были только цифры; у стены напротив окна установлена деревянная физкультурная лестница, рядом – гимнастический снаряд «конь», кровать. И была еще одна дверь, которую Максим Николаевич открыл для гостя.

Эта комната оказалась сравнительно большой, и, наверное, не меньше половины ее было занавешено светло-голубыми шторами. На специальных металлических конструкциях были укреплены три видеокамеры, под каждой – сидения на высокой ножках, какие бывают у стоек в барах. На полу – чуть пружинящий палас. В углу на специальном столике стоял телевизор с огромным экраном, рядом – видеомагнитофон, к которому тянулись провода от видеокамер. На стенах не осталось свободного места от наклеенных цветных фото – в основном на них красовались девушки, лица некоторых показались Сергею знакомыми.

Максим Николаевич предложил гостю сесть в кожаное кресло и сел сам в такое же, между ними оказался лишь журнальный столик.

«Никаких бумаг и документов, – отметил про себя каскадер. – Видимо, пока это только предварительная беседа. Контракт будет заключаться в другом месте. Но кто же такой, этот старикан?»

– Кажется, кроме жетона, на вас больше нет никаких цепочек и других побрякушек? – Максим Николаевич кивнул на армейский жетон, висевший на шелковом шнурке на шее Сергея.

– На моей памяти так много порванных цепей и разбитых часов, что я давно от них отказался. Ну а жетон – профессиональная необходимость.

– Это хорошо, – кивнул Максим Николаевич.

– Вы пригласили меня…

– Чтобы вы поучаствовали в одном очень необычном мероприятии, – продолжил старик.

– И моя роль?

– Во многом будет зависеть от вас. Господин Фролов, пожалуйста, дайте мне немного времени для объяснений. Потом я кое-что вам покажу, а дальше, если все пройдет нормально, предоставлю возможность самому выбирать свою роль. Вы сможете стать и королем, и знатным дворянином, и простым мушкетером, а, возможно, останетесь чернью. Хотя, судя по вашим способностям, я имею в виду непревзойденные каскадерские качества, в мире за стеной вы окажетесь далеко не последним человеком.