Это вырвалось как-то само собой, она даже смутилась. Особенно, когда все замолчали и уставились на неё. А Принцесса мягко отступила, и Настя оказалась один на один с разгневанной кошачьей толпой.

– Чей это котёнок?

Вопрос завис в воздухе – никто не торопился отвечать. В тишину влился сиплый голос Мур Мурыча:

– Что ты называешь непр-равдой, малышка?

– То, что мы… То есть люди… не любят вас больше… Это неправда!

Она так разволновалась, что все слова куда-то разлетелись. А ведь взрослые называли Настю разговорчивой... Болтушкой она не была, но обожала беседовать с людьми. Только сейчас ведь перед ней были кошки… И очень-очень сердитые. Даже если б Настя оставалась семилетней девочкой, и то было бы страшновато! А уж в шкуре маленького котёнка…

– Неправда! – фыркнула беленькая кошечка, которая сначала даже понравилась Насте. – А много мы от твоих людей видим добра? В последние два года кусочка колбаски не выпросишь! Я каждый день хожу на р-рынок… Не дают! Приходится только с помоек питаться. А ведь я благор-родных кровей! Моя бабушка была ангорской пор-роды.

– Пр-рабабушка, - уточнил Мур Мурыч, и все расхохотались.

А Настя перевела дух. Разве смеющиеся кошки способны причинить зло? Но смех внезапно оборвался, и в темноте снова вспыхнули горящие глаза – жёлтые, зелёные, голубые… У Насти подкосились лапки: ей показалось, что сейчас они всё же набросятся на неё со всех сторон. И тут вперёд опять выступила Принцесса.

– Послушайте меня-у… Ещё есть люди, готовые прийти кошке на помощь, - произнесла она негромко, и все притихли, чтобы расслышать её слова. – Сегодня я провела эксперимент. Я вышла под дождь и промокла, как следует…

– Ваше кошачество! – ахнул кто-то.

Остальные застонали, как от боли. «А они любят мою Цессу! – подумала Настя с удивлением и гордостью. – Вон как распереживались!»

– Потом я вывалялась в грязи, чтобы принять совер-ршенно отталкивающий облик. Меня-у можно было испугаться! Тогда я устроила засаду возле асфальтовой дорожки, по которой ходит много людей. Я издавала жалобный вопль всякий раз, когда появлялся человек…

Из мрака липы опять донесся рык:

– Мер-рзавцы! Никто не пр-ротянул р-руку нашей пр-ринцессе!

– Ошибаетесь!

Голос Цессы легко перекрыл возмущённый гул. И все разом примолкли. Беленькая кошечка подалась вперёд:

– Неужели кто-то не побрезговал… Простите, конечно, Ваше кошачество…

– Не смущайся. Не уверена, что будь я человеком, решилась бы взять в руки такое грязное, отвр-ратительное существо, каким была я в тот момент. Но двое людей…

– Двое! – подхватил рыжий кот, подбиравшийся всё ближе. – Вы слышали? Их было двое! Значит, не всё потеряно!

Проницательный Мур Мурыч скептически заметил:

– Дети, навер-рное. Дети – не в счёт.

– Один из них был уже взрослым, - возразила Принцесса. – А второй… Вы правы, второй - это ребёнок.

Сделав паузу, она добавила:

– И он сейчас находится здесь.

Все так и замерли, а Настя едва не лишилась сознания. Сейчас её тайна откроется, и ей конец. Ничего себе Цесса подстроила ей ловушку! Вот и спасай после этого кошек…

Глава 5

Кошки не плачут

Настя кожей ощутила, как в неё впились все взгляды. А сейчас она была такой крошечной, что почувствовала себя просто дуршлагом каким-то! Продырявили со всех сторон… Хоть спагетти промывай!

Только Насте в этот момент было не до шуток. Да что там! Её охватил самый настоящий ужас. Ведь стоило этим зверюгам узнать, что она человек, и…

– Она – человек? – с недоверием просипел Мур Мурыч.

– Маленькая девочка, - подтвердила Принцесса невозмутимо.

К остальным кошкам дар речи ещё не вернулся. Воспользовавшись этим, Цесса успела рассказать, как брат с сестрой подобрали её в парке, отмыли, накормили и оставили у себя. Из её рассказа выходило, что есть ещё на земле добрые люди!

И Настя уже начала надеяться, что Принцессе удалось растрогать своих подданных, как тут висевший на столбе скелет кошки подал голос:

– А родители?

И все сразу заволновались, замявкали:

– Да! Р-родители-то разрешили…

– …оставить приблудную кошку?

– Да их, навер-рно, и дома-то не было…

– Взр-рослые нас ненавидят!

– Смерть взр-рослым людям!

У Насти так зашумело в голове ото всех этих воплей и собственного страха, что она совсем перестала соображать. Наверное, поэтому и выкрикнула бесстрашно:

– Да вы что?! Мои мама с папой никогда не выбросят Принцессу на улицу! Вы… Вам просто обидно, что вас никто не взял к себе домой! Вот и беситесь!

Парк погрузился в молчание. Испугавшись воцарившейся тишины, где-то каркнула спросонья ворона. И все кошки разом вздрогнули. Но не проронили ни звука. Некоторые отвели взгляды, и Насте вспомнилось: нельзя долго смотреть в глаза кошке – может броситься.