2000–2008 годов было расстреляно по обвинению в коррупции около 10 тысяч чиновников. Еще 120 тысяч чиновников разного уровня были осуждены в эти же годы на длительные сроки заключения («Российская газета», 25 июня 2009 г.). В списках расстрелянных есть и хорошо известные в Китае имена. Я писал выше о судьбе китайского олигарха из провинции Гуандун Хуан Гуаньюя, осужденного на долгие годы тюрьмы за незаконную деятельность. Однако вместе с крупным бизнесменом был арестован и мэр города Шэньчжень Сюй Цзухэн, который поощрял и прикрывал этот криминальный бизнес. Еще до судебного процесса в комментариях главной газеты КПК «Жэньминь Жибао» можно было прочесть: «Пусть дрожат люди, похожие на Сюя. Мы окружим их стеной. Шторм только начался». Такие слова оставляли мало надежды для арестованных коррупционеров.

Как писала китайская печать, именно в 2000 году в Китае был нанесен «сокрушительный удар по коррупции». В этот год были привлечены к ответственности за коррупцию несколько тысяч высокопоставленных чиновников на уровне уезда/отдела и около 20 чиновников провинциального и министерского уровня. Так, например, еще в январе 2009 года был приговорен к расстрелу (с отсрочкой исполнения приговора) бывший вице-мэр города Пекина Лю Чжихуа. Всего за 2009 год было расследовано почти 14 тысяч дел, связанных с финансовыми преступлениями, ущерб от которых определен суммой в 3,3 млрд юаней («Китай», 2010, № 2, с. 47).

Надо иметь в виду, что в Китае участие чиновников, мэров городов, а также руководителей провинций, работников министерств и даже армейских офицеров в бизнесе не запрещено. Если какой-либо руководящий работник проявил инициативу, предложил что-то новое, нашел новые формы организации сельской или городской промышленности, то он имеет право на определенное вознаграждение, а не только на регулярную заработную плату. Знакомясь в Пекине с работой Высшей партийной школы, я видел, что некоторые из помещений ВПШ при КПК сданы в аренду коммерческим структурам. Функционеры из разных эшелонов управления могут помогать работе некоторых коммерческих предприятий или экспортно-импортных структур, они могут вести переговоры и помогать заключению тех или иных сделок. Чиновники разного уровня могут представлять интересы государства в советах директоров крупных и средних корпораций. Это приносит чиновникам дополнительные и, может быть, очень большие доходы. Однако все эти доходы должны находиться под строгим контролем партийных комитетов или армейских руководящих структур. Когда подобного рода коммерческая деятельность чиновников осуществляется втайне от партии, она превращается в тяжелое преступление.

Особой проблемой для Китая является и борьба с мафиозными структурами, которые контролируют криминальный бизнес, включая азартные игры, проституцию, контрабанду или ввоз наркотиков. В Китае этот контроль осуществляли триады – тайные общества, происхождение которых уходит в глубину веков. В конце ноября 2009 года в китайской печати сообщалось о разгроме системы триад в Чунцине, многомиллионном городе на юго-западе Китая. По этому делу было привлечено к ответственности около 3 тысяч человек, в том числе и несколько крупных чинов из полиции Чунцина («Независимая газета», 19 ноября 2009 г.).

Китайская печать много пишет о борьбе против коррупции и организованной преступности, предупреждая при этом, что главная борьба против этих зол – впереди.

Международный авторитет, экономическая мощь и политическое влияние Китая в мире непрерывно растут в последние 30 лет, и это закономерно. Китай был великой державой и тысячу лет назад, и во времена Римской империи – две тысячи лет назад. Только тонкая ниточка Великого шелкового пути связывала тогда Китай и Средиземноморье. Первые купеческие корабли стали появляться у берегов Китая в XVI веке, однако первые посольства европейских стран, включая Россию, стали появляться при дворе китайского императора только с конца XVIII века.

В XIX веке Китай стал объектом колониальной экспансии европейских стран, к которым в самом конце века присоединились Япония и Россия. К началу XX века Китай находился в состоянии упадка и внутреннего раздора и имел неофициальный статус «полуколонии».

Пробуждение, а потом и медленный подъем Китая начались лишь после свержения Цинской династии и революции 1911 года, во главе которой стоял Сунь Ятсен. Новая демократическая революция в Китае, начавшаяся в 1919 году, привела к созданию как Гоминдана, так и Китайской коммунистической партии и к усилению антиимпериалистической борьбы. В это время все крупные страны мира уже имели с Китаем дипломатические отношения. Однако многие из этих стран продолжали относиться к Китаю с пренебрежением и только как к младшему парт неру. Во Второй мировой войне Китай находился на стороне антифашистского блока и вошел в число стран-победительниц. После войны сами размеры Китая и его статус независимого государства выдвигали Китай в число великих держав. При создании ООН не было никаких споров о том, что Китай должен будет – вместе с СССР, США, Великобританией и Францией – войти в число пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Подъем Китая – от новодемократической революции 1919 года к образованию КНР в 1949 году, а затем и к новому этапу реформ 1978–1979 годов – был медленным. Он несколько раз прерывался из-за внутренних противоречий и внешних конфликтов. Многие наблюдатели полагали, что так будет и впредь и что Китай всегда будет находиться в числе слаборазвитых стран «третьего мира». Поэтому стабилизация внутреннего положения в Китае и его стремительное экономическое развитие, которое продолжается вот уже более 30 лет, было для большинства политических наблюдателей и для политиков Запада неожиданным.

Не все наблюдатели способны правильно оценить и понять последствия быстрого превращения Китая в одну из самых могущественных стран мира. Еще со времен XVII–XVIII веков экономический рост тех или иных европейских стран сопровождался, как правило, и ростом их внешней экспансии, а также появлением колониальных империй – Британской, Французской, Испанской, Португальской, Голландской. В самом конце XIX века в борьбу за передел мира вступили Германия и Япония, стремившиеся подчинить и разделить между собой все страны евразийского материка. Именно это стремление к доминированию, к гегемонии, к сокрушению противника и даже к мировому господству лежало в основе как Первой так и Второй мировых войн. «Холодная война» между Восточным и Западным блоками также была борьбой за гегемонию в мире – или Советского Союза с его идеологией «развитого социализма» или Соединенных Штатов с их идеологией либеральной демократии. Советский Союз, как известно, был сокрушен в этой борьбе, но США так и не смогли реализовать плод своей победы – из-за подъема мусульманского мира и особенно из-за подъема Китая.