Слова Эйвери звучали резко, как удары хлыста, и Оуэн только кивнул.

—В общем... — Девушка показала на длинную стойку. — Делай, что хочешь.

Она умчалась на кухню, только мелькнули ярко-зеленые кроссовки. Оуэн предложил бы ей помощь, но Эйвери явно была не в настроении. Он знал ее как облупленную — почти всю жизнь! — и понял, что она торопится, нервничает и устала. Впрочем, Эйвери справится. Она всегда справлялась. Бойкая рыжеволосая малявка из его детства, бывшая девушка из школьной группы поддержки — они с Клэр, подругой Бекетта, на пару возглавляли команду черлидерш, — стала трудолюбивым ресторатором. И готовит потрясающую пиццу.

Эйвери оставила за собой легкий аромат лимона и заряд бодрости. Оуэн сел у стойки под стук и звяканье, которые доносились из кухни. Ему вдруг пришло в голову, что эти звуки умиротворяют и настраивают на рабочий лад. Он открыл портфель, вытащил айпад, блокнот и снял с пояса мобильник.

Оуэн звонил, посылал е-мейлы и сообщения, делал пометки в календаре, подсчитывал — с головой ушел в работу и отвлекся, только когда перед ним поставили стакан кофе.

—Спасибо. Не стоило беспокоиться, я буквально на минутку.

—Оуэн, ты сидишь здесь уже сорок минут.

—Правда? Не заметил. Хочешь, чтобы я ушел?

—Без разницы. — Эйвери устало потерла поясницу. — У меня все под контролем.

Теперь пахло по-другому, и Оуэн заметил, что Эйвери уже поставила на большую плиту кастрюльки с соусами. Да, решил он, может, рыжие волосы и молочно-белая кожа с россыпью веснушек и выдают шотландское происхождение Эйвери, но ее пицца «Маринара» такая же итальянская, как костюм от Армани.

Девушка присела на корточки у холодильника под стойкой и начала наполнять контейнеры с начинками для пиццы.

—Жаль, что Фрэнни не выйдет, — сказал Оуэн.

—Мне тоже. Ей на самом деле очень плохо. А Дейв мучается зубами. После обеда он заглянет на пару часов, но только потому, что у меня не хватает людей. Не хотелось его просить.

Пока Эйвери занималась делами, Оуэн изучал ее лицо и только теперь заметил синие круги под глазами.

—У тебя усталый вид.

Эйвери бросила на него уничтожающий взгляд над миской с оливками.

—Спасибо. Девушки обожают, когда им это говорят. — Она пожала плечами. — Я и вправду устала. Думала, что высплюсь утром — Фрэнни должна была открыть, а я бы подошла к половине первого. С тех пор как я сюда переехала, у меня почти не было свободного времени, вот я и посмотрела шоу Джимми Фэллона, потом закончила книгу, которую пыталась дочитать всю неделю. В общем, уснула в два часа ночи, а в восемь позвонила Фрэнни. Шесть часов сна не так уж мало, если не работаешь в две смены.

—Во всем есть свои плюсы. Зато хорошо идут дела.

—Подумаю о плюсах после автобусной экскурсии. Ладно, хватит обо мне. Как у вас с гостиницей?

—Прекрасно. Завтра собираемся обставлять третий этаж.

—Чем?

—Мебелью, Эйвери.

Она поставила миску и вытаращила глаза.

—Правда? Ты серьезно?

—Сегодня после обеда приедет инспектор, посмотрит и решит, давать разрешение или нет. Думаю, что разрешит, нет причин для отказа. Я только что говорил с Хоуп, она займется уборкой. Мои мама и тетя тоже придут помочь, а может, уже пришли, сейчас почти одиннадцать.

—Я бы поучаствовала, да не могу.

—Ничего страшного, у нас полно рабочих рук.

—Мои будут нелишними. Может, завтра, все зависит от болезней и зубных каналов. Господи, Оуэн, как здорово! — Эйвери пританцовывала от радости. — И ты целый час молчал?

—Тебе было некогда, и ты на меня ворчала.

—Выложил бы все сразу, я бы обрадовалась и не ворчала. Сам виноват.

—Может, присядешь на пару минут?

—Сегодня мне придется все время двигаться, как акуле.

Она со стуком опустила крышку, поставила миску на место и подошла к плите: проверить соусы.

Оуэн следил за тем, как она работает. Похоже, Эйвери умудрялась делать полдюжины дел одновременно, как будто жонглировала мячиками, подхватывая отскочившие и вновь подкидывая их ввысь. Оуэну с его любовью к организованности и порядку это казалось удивительным.

—Мне пора возвращаться. Спасибо за кофе.

—Не за что. Если кто из ребят захочет здесь перекусить, пусть ждут до половины второго. Народу будет меньше.

—Хорошо.

Оуэн собрал свои вещи и пошел к выходу, но замер у самой двери.

—Слушай, Эйвери, а какой это цвет? Я имею в виду твои волосы.

—Ярко-медный.

Он ухмыльнулся и покачал головой:

—Я так и знал. Увидимся.

Оуэн застегнул пояс для инструментов и сверил свой список недоделок с Райдеровым.

—На третьем этаже полно женщин, — сообщил брат с оттенком горечи в голосе.

—Голых?

—Мама...

—Хорошо, давай об одетых.

—Мама, Кароли, управляющая гостиницей. Клэр, наверное, тоже там. Просто кишмя кишат, все время спускаются вниз и что-то спрашивают.