Шрифт:
Обнаров достал из кармана связанные зеленой банковской резинкой упаковки лекарств.
– Только что из Англии переслали. Вечерним рейсом из Лондона. На курс лечения должно хватить. Я консультировался. Не хватит, вот мой телефон, – Обнаров быстро написал на бумажной салфетке номер. – Звони, Олег. Без стеснения. Все. Привет маме!
– Подождите! – бармен поймал Обнарова за руку. – Это же… Это… Константин Сергеевич! Дорогой Константин Сергеевич…
– Тихо. Тихо. Чего орешь-то?
Подчиняясь цепкой хватке бармена, Обнаров вынужденно сел на место.
– У нас же теперь есть надежда! Врач мне сегодня утром сказал, что без этого лекарства она неделю, не больше, протянет. А я… Я с ног сбился! На аналоги у нее аллергия. Я везде искал! Везде! Понимаете?! Понимаете? – он тряс Обнарова за рукав и как-то преданно-пристально заглядывал в глаза.
– Все, все, успокойся, Олежек, – Обнаров до боли сжал руку бармена. – Все будет хорошо. Она поправится.
– Как же вы узнали?
– Саня, охранник, сказал.
– Понятно… – бармен задумался, потом вдруг, спохватившись, поспешно спросил: – Деньги, сколько я должен?
Обнаров укоризненно посмотрел на него.
– Так бы и дал тебе в ухо…
Грохот музыки внезапно смолк. Разом наступившая тишина непривычно давила. Пары вновь потянулись за столики.
– Позвольте мне угостить вас, Константин Сергеевич. В знак благодарности. У нас есть очень хороший, не дегустированный вами коньяк.
Бармен показал Обнарову бутылку.
Обнаров усмехнулся.
– Потом год работать за него будешь. Лучше угости меня моим любимым. Да и для меня привычнее. Только не свирепствуй. Мне за руль.
Поймав счастливую улыбку бармена, он закурил и, развернувшись вполоборота к залу, без интереса стал рассматривать посетителей: преуспевающие бизнесмены в сопровождении юных дам с обложек глянцевых журналов, балбесы-сынки преуспевающих бизнесменов с такими же спутницами. Кстати, дамы Обнарову всегда казались на одно лицо.
«Как только они их различают?..» – однажды подумал он.
Вдруг его взгляд укололо что-то, как у Есенина, «несказанное, синее, нежное». Он даже слегка вздрогнул от неожиданности. Сердце замерло на половине удара.
«Невероятно…» – перевел дух Обнаров и с интересом стал рассматривать незнакомку.
Она была ни на кого не похожей, она была другой. Наверное, ради таких женщин слагают стихи и сражаются с драконами, наверное, за таких женщин дерутся на дуэлях и идут войной царство на царство. Наверное, ради таких женщин хочется творить, жить, дышать.
Она и ее спутник что-то оживленно обсуждали. Из-за вновь грянувшей музыки Обнаров не смог разобрать слов, но по мимике и жестам было ясно, что зреет конфликт.
Он ее в чем-то убеждал, она никак не соглашалась. Он попытался взять ее за руку, она не позволила. Он подсел к ней, придвинув свой стул к ее стулу, и попытался обнять, она отстранилась и с видом оскорбленной попыталась встать из-за стола и уйти. Он удержал, усадил на место. Стал ее о чем-то умолять, сделавшись беспомощным, жалким. Она какое-то время слушала его, затем недовольно отвернулась. На ее лице теперь не было так шедшей ей улыбки. Весь ее облик теперь был царственно строгим.
– Олежек, скажи-ка, кто это за вторым столиком суетится?
– А-а… Это Никитос. Сыночек Игоря Васильевича Сазонова. Хозяина нашего.
– Козлиная у него повадка. И морда – козлиная. Не находишь?
Бармен улыбнулся.
– Морда у него как раз очень смазливая. А вот сам он – порядочное дерьмо. Редкостное, Константин Сергеевич. Даже не верится, что у Игоря Васильевича такой сын.
Обнаров теперь с интересом смотрел на бармена.
– Расскажи подробнее.
Бармен растерянно пожал плечами.
– А нечего рассказывать. Папке в бизнесе он не помощник, Игорь Васильевич все на себе везет. По стопам отца не пошел, этой осенью в актеры подался. Игорь Васильевич надеется, что, может, там толк будет.
– Что за девушка с ним?
– Не знаю. Раньше не видел. Но если Никитос сюда с девицей пришел, значит, плохи его дела.
– В смысле?
– Не дает, значит. Так он потанцует немного, угостит даму, потом, если дама и подшофе отказала, сюда бежит. Типа коктейли заказывать. Пока я коктейли готовлю, прямо здесь, на стойке, пепельницей толчет припасенную заранее таблетку, кидает порошок в коктейль. Девица выпивает и дико возбуждается. Никитос удаляется с нею в папашкин кабинет, где неплохо проводит время. Нет, без скандалов, конечно, не обходится. Но Сазонов-старший денег даст, конфликт замнет, Никитосу взбучку устроит. Правда, этой взбучки хватает ненадолго.