Для того, чтобы увидеть объекты там, где их нет, например, когда первая буква слова занимает место последней, требуется искусное применение эксцентрической фиксации и незаурядного воображения.

Черные или цветные точки, которые мы видим после взгляда на солнце, и непонятные цвета, которые, как нам кажется, иногда принимает солнце, также являются результатом напряжения ума. Когда человек обретает способность смотреть на солнце без напряжения, то эти эффекты тут же исчезают.

Остаточные изображения приписывают усталости сетчатки, которая, как полагают, до того была чрезмерно стимулирована определенным цветом, что больше не может его воспринимать и поэтому ищет облегчения в оттенке, сопоставимом с этим цветом. Например, если она устает смотреть на черную «С» на проверочной таблице Снеллена, то полагают, что она ищет облегчения состояния в белой «С». Такое объяснения явления — очень оригинальное и едва ли выглядит правдоподобным. Глаза не могут видеть, когда они закрыты. Если вдруг кажется, что они все же видят при таких условиях, то очевидно, что человек страдает иллюзией, создаваемой его умом, и это ничего общего не имеет с сетчаткой. Они не только способны видеть то, чего не существует, но и если оказывается, что они видят белую «С» на зеленой стене, где такого объекта нет, то снова становится очевидным, что человек страдает иллюзией ума. На самом деле остаточное изображение указывает на утрату ментального контроля. Любой человек может воспроизвести остаточное изображение намеренно, если будет стараться увидеть большую «С» одинаковой во всех частях — то есть, будучи в напряжении, но кто-то все же будет смотреть на нее бесконечно долго, если он смотрит с центральной фиксацией, и не получит вышеописанного результата.

Хоть люди с несовершенным зрением обычно и видят мерцающие звезды, они не обязательно должны это делать. Поэтому очевидно, что напряжение, вызывающее иллюзию мерцания, отлично от того напряжения, что вызывает аномалию рефракции. Если человек может смотреть на звезду, не стараясь ее увидеть, то он увидит, что она не мерцает, и когда воспроизводится иллюзия мерцания, можно обычно остановить мерцание с помощью «качания» звезды. С другой стороны, можно «заставить» планеты или даже луну мерцать, если приложить достаточно усилий, чтобы их увидеть.

Иллюзии нормального зрения включают в себя все явления центральной фиксации. Когда глаз с нормальным зрением смотрит на букву на проверочной таблице Снеллена, он видит точку, где он смотрит — точку фиксации — лучше всего, а все остальное в поле зрения он видит менее отчетливо. На самом деле вся буква и все буквы могут быть совершенно черными и четкими, а ощущение того, что одна буква чернее других или что одна ее часть чернее всего остального — это иллюзия. Однако, нормальный глаз может совершать перемещения так быстро, что кажется, что он видит всю строку маленьких букв одинаково хорошо одновременно. В действительности, конечно же, на сетчатке нет такого изображения. Каждая буква при этом не только была увидена отдельно от остальных, но и в главе «Перемещения и Качания» было показано то, что если буквы видны с расстояния пятнадцати или двадцати футов, то они не могут быть распознаны, если только не сделать около четырех перемещений на каждой букве. Поэтому для создания впечатления целостного изображения, состоящего из четырнадцати букв, на сетчатке может быть создано шестьдесят или семьдесят картинок, каждая из которых содержит одну точку, где видно более четко, чем в остальных частях картинки. Поэтому идея о том, что мы видим буквы одинаково хорошо одновременно — это иллюзия. Здесь мы имеем два различных вида иллюзий. В первом случае изображение создается умом, в соответствии с изображением на сетчатке, но это не согласуется с фактом. Во втором случае изображение в уме находится в соответствии с фактом, но не с изображениями, которые мы получаем на сетчатке.

Нормальный глаз обычно видит фон, на котором расположена буква, более белым, чем он есть на самом деле. Когда он смотрит на буквы на проверочной таблице Снеллена, он видит белые полосы по краям букв, а когда он читает текст, напечатанный очень мелким шрифтом, он видит между строками и буквами и в свободных пространствах внутри букв белое более интенсивным, чем в действительности. Люди, которые не могут читать очень мелкий шрифт, могут видеть эту иллюзию, но менее отчетливо. Чем больше она заметна, тем лучше зрение. И если кто-то может представлять ее сознательно — то есть представлять бессознательно, когда зрение нормальное — то зрение улучшается. Если строки очень мелкого шрифта чем-либо прикрывают, то полосы между ними исчезают. Когда на буквы через увеличительное стекло смотрит глаз с нормальным зрением, иллюзия не пропадает, но интенсивность белого и черного снижается. При несовершенном зрении она, в некоторой степени, может быть увеличена, если использовать эти средства, но цвета останутся менее интенсивными, чем те белый и черный, которые видит нормальный глаз. Факты демонстрируют то, что невозможно получить совершенное зрение с помощью очков.

Иллюзии движения, которые создаются перемещениями глаза и которые подробно описаны в главе «Перемещения и Качания», также нужно отнести к иллюзиям нормального зрения, также, как и восприятие объектов в вертикальном положении. Эта последняя иллюзия наиболее занимательная из всех. Вне зависимости от положения головы и невзирая на то, что изображение на сетчатке перевернуто, мы всегда видим вещи в их нормальном положении.

Согласно принятым понятиям гигиены зрения, важно оберегать глаза от огромного разнообразия внешних воздействий, избежать которые, зачастую, бывает очень сложно и от которых большинству людей приходится отказываться из-за нелегкого осознания того, что, делая это, они «разрушают свое зрение». Яркий свет, искусственное освещение, неяркое освещение, резкие перепады интенсивности света, мелкий шрифт, чтение в движущемся транспорте, чтение лежа и т. д. давно уже считаются «вредными для глаз». Созданы целые библиотеки литературы, рассказывающей об их пагубном влиянии. Эти идеи диаметрально противоположны истине. Когда глаза используются правильно, зрение при неблагоприятных условиях не только не травмирует их, но на самом деле приносит пользу, потому что для того, чтобы видеть в таких условиях, необходима гораздо более высокая степень релаксации, чем при более благоприятных условиях. Это правда, что условия, о которых идет речь, могут поначалу причинять дискомфорт даже тем людям, чье зрение нормальное. Но кропотливое изучение фактов показало то, что они причиняют серьезные страдания только тем людям, чье зрение несовершенно, и то, что если такие люди практикуют центральную фиксацию, то они быстро привыкают к подобным условиям и извлекают пользу из нахождения в них.

Несмотря на то, что глаза были созданы для того, чтобы реагировать на свет, страх о воздействии этого элемента на органы зрения везде успел о себе заявить и поддерживается как медициной, так и обществом. Исключительные меры предосторожности приняты в наших домах, офисах и школах для того, чтобы контролировать яркость освещения как естественного, так и искусственного, дабы быть уверенными в том, что он не будет светить прямо в глаза. И для этого повсюду применяются затемненные и желтые стекла, наглазники, широкополые шляпы и зонтики — все это с целью уберечь органы зрения от того, что считается чрезмерно ярким освещением. И когда уже действительно имеет место заболевание, то нередким бывает явление, когда пациентам приходится неделями, месяцами и годами находиться в темных комнатах или с повязкой на глазах.

Доказательство, на котором основан этот вселенский страх — слишком слабое. В толстых книгах по офтальмологии обнаруживается такая нехватка информации, что из-за этого в 1910 году доктор Герберт Парсонс из Королевского Офтальмологического Госпиталя Лондона, адресуя заседанию Офтальмологического Сектора Американской Медицинской Ассоциации и отдавая себе полный отчет в своих словах, говорил о том, что офтальмологи, будучи честными сами перед собой, «должны признать плачевный факт игнорирования состояний, которые выявляются тогда, когда яркий свет начинает приносить вред глазам». [65] С тех пор Верхофф и Белл [66] доложили о полной серии экспериментов, проведенных в Патологической Лаборатории Массачусетской Благотворительной Больницы Глаза и Уха, которые показали, что опасность поражения глаз солнечным излучением была «чрезмерно преувеличена». То, что очень яркие источники света иногда вызывают неприятные временные симптомы, разумеется, не может быть проигнорировано. Но что касается определенных патологических эффектов, то есть постоянного ухудшения зрения из-за воздействия только лишь света на глаза, доктор Верхофф и доктор Белл не смогли найти ни среди клинических наблюдений, ни экспериментально ничего, что могло бы раскрыть реальную причину этого.