Юрий всё так же флегматично развёл руками. У Андрея не было возможности проверить, тот ли это Михаил Крылов, что работал на Совинкоме – погибшего хоронили в закрытом гробу, потому что, со слов Юрия, он «сгорел не по фэн-шую» и теперь «нефотогенично выглядит». Вероника обратилась к Андрею с вопросом, скорбит ли он по усопшему главбуху. И получила такой ответ:

– О, да! Если бы в моих глазах жили слёзы, они бы избороздили моё лицо.

Вокруг гроба, установленного на двух табуретах, собрались провожающие, среди которых Андрей увидел Катю Хромову… и уже не мог больше сосредоточить внимание ни на чём другом, кроме неё. Работник похоронной службы прочитал речь. После погребения все отправились в кафе, расположенное на въезде кладбища, где состоялся траурный обед. И во время церемонии, и в кафе, возле Кати находился высокий, хорошо одетый и правильно постриженный молодой человек. С которым она и уехала на его серебристо-серой Мазде с номерами 555.

А на следующий день Андрею на мобильный телефон позвонил старший следователь следственного управления областной прокуратуры Константин Сташин и попросил зайти для дачи показаний. Их отношения нельзя было назвать простыми. В 1996-м Андрей проходил по «делу микросхем». Вместе с другом, Романом Трегубовым по прозвищу Трезор, они занимались продажами микросхем. Магазинам предлагалась на реализацию купленная за копейки и упакованная в яркую упаковку радиодеталь, которая якобы улучшает работу телевизора (наценка составляла тысячи процентов). Затем подставные покупатели раскупали весь товар, создавая иллюзию ажиотажного спроса. Когда хозяевам торговых точек становилось ясно, что товар востребован, коммивояжеры предлагали брать продукцию по предоплате. Продав крупную партию никому не нужных микросхем, они исчезали. В очередном магазине директор вместе с заместителем, уже наслышанные об этой афере, попытались их задержать, но были по неосторожности убиты. Чтобы скрыть следы, Андрей с Трезором подожгли магазин. А вечером Андрей принимал погорельцев на работе – в то время он работал санитаром судебно-медицинского морга.

Через три месяца он был задержан по подозрению в убийстве и некоторое время пробыл в СИЗО. Дело вёл Сташин, и вёл его очень пристрастно. Благодаря связям отца Андрею удалось выпутаться.

В 2002-м их пути снова пересеклись. Сташин расследовал убийство Дениса Еремеева, застреленного возле собственного дома. Крёстный погибшего, вице-губернатор по строительству Анатолий Шмерко, был уверен, что заказчиком убийства является генеральный директор строительной компании «Стройхолдинг» Александр Михайлович Капранов. Капранова и Шмерко связывали деловые отношения – вице-губернатор обеспечивал Стройхолдинг крупными строительными подрядами, выбивал пятна под застройку. Как госслужащий, он не мог быть соучредителем коммерческой структуры, поэтому ввёл в состав учредителей Стройхолдинга своего крестника, Дениса Еремеева, который был ему как сын. Шло время, и в 2001 году Шмерко уже не обладал прежним влиянием, а доходы с деятельности компании продолжал получать в полном объёме. И когда крестник был убит, а Капранов стал полновластным хозяином предприятия и прекратил выплату дивидендов, Шмерко увидел чёткий мотив и, используя всё своё влияние, стал преследовать ставшего бывшим компаньона. За отсутствием улик Капранову подбросили на коттедж оружие и закрыли за его незаконное хранение. Следствию не хватало улик и Сташин, располагая компроматом на Андрея, принялся его шантажировать, требуя дачи показаний против Капранова (формально Андрей также мог быть привлечён к делу, так как одно время погибший Еремеев работал на Совинкоме и его увольнение сопровождалось серьёзным конфликтом и даже дракой – он был избит Андреем в присутствии нескольких свидетелей). Будучи зажат в угол, во избежание серьёзных неприятностей, Андрей дал требуемые показания. Капранов получил срок, но сидел он недолго – был досрочно освобождён по состоянию здоровья.

И теперь, Сташин снова подтягивал Андрея по делу, касающемуся насильственной смерти, и опять же у него были объективные причины желать жертве смерти (увольнение Крылова также проходило не без конфликта).

– Итак, Андрей, занимательная прослеживается закономерность: ты конфликтуешь с людьми, а потом этих людей находят мёртвыми, как правило, сгоревшими при пожаре, – такими словами, после взаимных приветствий, Сташин начал допрос.

Андрей тяжело вздохнул:

– Но… разве это не несчастный случай?

– Случай действительно очень несчастный, и не только для погибшего, – с былинными интонациями отвечал Сташин. – Информация о некриминальной причине смерти распространена в интересах следствия. На самом деле, на теле Крылова имеются повреждения: сломана челюсть и несколько рёбер. Дверь квартиры была открыта. И, хотя смерть наступила от ожогов, совершенно очевидно, что жертва находилась в беспомощном состоянии, поэтому не смогла выбраться из горящей квартиры. Что позволяет квалифицировать случай как убийство, а умышленное или нет – это ещё как посмотреть.

– А что с вентилятором и электротравмой?

Сташин раскрыл дело и прочитал:

– …сообщение о возгорании в квартире по улице Циолковского, дом 36, в городе Волгограде, поступило в час ночи 9 сентября. Прибывшие на место происшествия сотрудники МЧС потушили пожар площадью в 10 квадратных метров за 15 минут. При тушении огня спасатели обнаружили тело хозяина дома, 26-летнего Михаила Крылова, который был уже мёртв. Возгорание произошло по неосторожности в результате короткого замыкания, так как в комнате работал неисправный вентилятор. Вероятно, вентилятор загорелся и Крылов попытался потушить его водой (рядом с вентилятором найден металлический ковш), его ударило током и он не смог выбраться из горящей квартиры. В ходе осмотра места происшествия установлено, что входная дверь в квартиру была отворена, а на теле погибшего имеются повреждения… а в крови обнаружен этиловый спирт… в концентрации…

– В общем, – докончил Сташин, – погибший, помимо электротравмы, получил травму во время столкновения с неизвестным… пока неизвестным гражданином. В мои задачи входит найти этого гражданина и предать его суду.

Следователь отложил папку.

– Давай сначала без протокола: что у тебя было с Крыловым? Эпизод его умерщвления для тебя несчастен тем, что ты угрожал погибшему по телефону, обещая проломить ему череп, и твои слова оказались пророческими – ведь челюсть, как известно, является частью черепа и как раз эту часть потерпевшему и вынесли. А запись разговора попала в распоряжение следствия – после той беседы Крылов заявил на тебя в милицию и предоставил аудиозапись, которую сохранил на трубке.

– Но я его не убивал! – возмутился Андрей.

Сташин сузил глаза:

– Чем докажешь?

– Во-первых, буква закона поселилась во мне навсегда… а во-вторых…

За десять лет знакомства у них сложились некие взаимоотношения, которые и определяли ход допроса. В отличие от 1996-го года, сейчас следователю не приходилось вытягивать из Андрея ответы.

– Одни только факты, без комментариев, – сказал Андрей, прищуриваясь от мысленного напряжения.

После паузы, собравшись с мыслями, он продолжил: