— Я так виновата перед вами. Но я была так напугана, что я… ой!

Я в это время бросил взгляд на паренька, чтобы убедиться, что он на месте. Извергая поток слов, она проследила за моим взглядом и увидела наконец типа на полу. Он прижимался к ковру правой стороной своей физиономии, но левый его профиль был на виду. Увидев его, она заверещала.

Я подумал было, что ее удивил вид растянувшегося на полу типа, ведь не каждый день увидишь такое. Но она меня удивила еще больше, бессвязно пролепетав:

— Это — как его — он же работает на Сэйдера! О, мамочка!

И тут же начала протискиваться обратно в коридор.

— Эй, подожди-ка, — взревел я. — Что за дела?

— Я не хочу, чтобы он меня увидел. Нельзя, чтобы он меня увидел. Он работает на Сэйдера. Избавьтесь от него, быстро.

— Милая, не могу же я выбросить его из окна. В чем дело-то?

— Я должна поговорить с вами. Это необходимо. — Она чуть не кричала.

— Детка, — пытался я убедить ее, — успокойся, расслабься. Не так уж все и плохо. Послушай-ка, внизу, справа от входа, — бар «У Пита». Спустись туда и выпей пару рюмок. Я там буду, как только освобожусь от этого, — показал я на лежащего на полу парня.

— Хорошо, — сказала она, — но поторопитесь. — Сделав паузу, она выпалила. — Сэйдер охотится за вами. Вас ждут большие неприятности. Да и меня тоже. Они хотят убить нас. И они это сделают. Я знаю. И все из-за меня, из-за меня, — почти причитала она. Она выскользнула из двери, и ее каблуки застучали по коридору, пока я, высунув голову за дверь, наблюдал за ней, не получая даже удовольствия от обворожительного покачивания ее бедер. В глазах у меня играли чертики из мультиков.

Она же сказала «Они хотят убить нас». Не преследовать судебным порядком, не оскорбить нас словесно. Ничего подобного. Убить нас! Я попытался связать это как-то с моими предыдущими размышлениями, когда парень, распростертый на полу, захрипел.

Я захлопнул дверь, задвинул засов, поднял с пола пистолет и достал мой револьвер из кармана малыша. Затем я подошел к аквариуму, зачерпнул немного воды, постаравшись не захватить при этом рыбьих деток, и вылил ее на лицо малыша. У меня все еще было желание наступить на него.

Мне пришлось еще дважды принести воды, прежде чем он вновь застонал и открыл глаза. Я подхватил его под мышки, протащил через комнату и глубоко засунул в кресло за моим столом. Он тряхнул головой, взглянул на меня и нервно обвел взглядом комнату.

Я наклонился над ним и прошипел:

— Послушай, приятель. Я собираюсь сломать тебе челюсть или даже шею. Если ты не начнешь с самого начала и не выложишь все, что знаешь. Кто ты? Почему ты попер на меня с пушкой? Кто в меня стрелял сегодня утром?

Он облизал губы с нервозностью в глазах, но ничего не сказал.

Я вспомнил, что девочка упомянула, что он работает на Сэйдера. Чем больше я думал об этой девахе, тем больше я жаждал пообщаться с ней и разузнать наконец, что это она пыталась мне сказать. И что-то еще, связанное с ее посещением, беспокоило меня, но я никак не мог понять, что именно. Казалось, я что-то упустил. Я постарался отделаться от этого ощущения, схватил парня за лацканы пиджака и хорошенько встряхнул. Я проделал это так свирепо, что голова его заходила ходуном, будто держалась на резине, а не на позвонках. Затем я бросил его обратно в кресло.

— Давай говори, сукин сын, и побыстрей. Кто тебя натравил на меня?

Дыхание его ускорилось, глазки забегали туда-сюда, но он не произнес ни слова. Мне хотелось вмазать ему хорошенько, но я никак не мог заставить себя это сделать. Пока он тыкал в меня своим пистолетом, это было нетрудно. И если б он был не так беспомощен, как сейчас, и хотя бы чуть побольше ростом, я, быть может, так и поступил бы. Что меня больше всего выводит из себя, так это типы, пытающиеся запугать меня своими пушками.

Я сжал кулаки перед его миниатюрным личиком, почти закрыв его, проронил:

— Пять секунд, жучок. Или ты заговоришь, или я начну выбивать тебе зубы.

И ничего! Он всхрипнул пару раз, но не сказал ни слова. Разговора он боялся больше, чем меня. Мною овладело неприятное ощущение, что я напрасно трачу с ним время. Мне очень хотелось побеседовать с волнительной рыжей девахой. Я схватил телефон, набрал номер полицейского управления, сообщил дежурному о вооруженном типе у меня в конторе, повесил трубку и стал ждать.

Малыш все еще молчал, когда на патрульной машине прибыли два полицейских и, вслед за ними, сержант сыскной полиции Дэнни Руссо. Я отпер дверь и впустил их в комнату.

Дэнни смотрел на меня неодобрительно:

— Никакого покоя там, где ты. Что еще случилось?

Я кивнул на кресло:

— Этот малый хотел меня «прокатить». — Я протянул Дэнни пистолет 45-го калибра. — Вот этим он пытался меня убедить. Ты знаешь его?

Дэнни взглянул на человечка, еле видного за моим столом:

— А как же! Уголовник Оззи Йорк, подручный Сэйдера. Что этот Сэйдер имеет против тебя, Шелл?