Мальчик и девочка обменялись пристальными взглядами и поняли друг друга. Эдик поднял прут, как копье, Анжела в знак согласия слегка наклонила голову. Подняв оружие, они спокойно ждали приближения врага.

Два копья одновременно опустились и пронзили склизистое тело алчной твари. Слизь издала свистящее шипение, скрутилась в тугой комок и с тяжелым шлепком упала вниз.

Эдик ободрал руки и чуть не свалился вместе с тварью, пытаясь удержать железный прут. Анжеле удалось сохранить прут лишь благодаря тому, что она выше ростом и смогла схватиться второй рукой за трубу над головой.

Восстановив сбитое дыхание, Эдик осторожно наклонился, посмотрел на лежащий внизу комок. Тварь не подавала активных признаков жизни.

– Как ты думаешь, она… того? – тихо спросила Анжела.

– Не знаю, проверить бы.

– Сдурел?! Двигаем отсюда, – девочка решительно пошла вперед. Эдик продвигался гораздо медленнее, теперь у него не было прута, чтобы нащупывать дорогу.

У стены Анжела остановилась, дождалась Эдика и сказала:

– Пришли. Там лестница. Надо прорывать изоляцию и потолок, спускаться и бежать наверх.

– Надо было все же проверить, сдохла эта гадость или нет.

– Вот сейчас и проверишь, – обнадежила Анжела и принялась рвать прутом изоляционное полотно. Получалось плохо, прут протыкал серебристый материал, но не разрывал.

Эдик покопался в рюкзаке, достал нож и изоленту. Забрал у Анжелы прут, прикрутил к нему изолентой нож. Страхуя друг друга, ребята вырезали в изоляции большой четырехугольник и сбили его на пол вместе с потолочной плиткой. Рискуя упасть, Эдик пытался увидеть ту часть коридора, где упала слизь, пока Анжела не остановила его.

– Хватит. Свалишься, шею сломаешь, и тебе будет глубоко поровну, жива эта тварь или нет.

Эдик взглянул на слабо освещенный пол коридора и поежился:

– У меня даже душа мурашками покрылась. Жутко так наобум лезть вниз.

– Есть другие варианты? Кстати, ты заметил, что свет тускнеет, похоже, скоро генератор накроется.

– Да? Тогда надо действовать, не хватало еще остаться с этой тварью в полной темноте.

– Пугающая перспектива, – согласилась Анжела, сосчитала до трех и прыгнула вниз. Она приземлилась на ноги, но подвели скользкие сапоги, девочка растянулась во весь рост, но быстро вскочила и понеслась вверх по лестнице. Эдик понял, еще пара секунд промедления, и он не решится прыгнуть. Он согнул ноги в коленях и оттолкнулся. Прыжок получился удачным. Эдик выпрямился и краем глаза заметил какое-то движение. Он повернулся и замер от ужаса, из-под сорванных потолочных плиток выбиралось студенистое чудовище.

Желудок скрутило в тошнотворный узел. Разум кричал «Беги!», а ноги, казалось, прилипли к мраморному полу. С лестницы что-то отчаянно кричала Анжела.

Слизь собралась в тугой комок, напружинилась и прыгнула, распрямляясь в полете. Мальчика обдал омерзительно сладкий запах гниения. Он понял, сейчас эта гадость его накроет и все, конец!

Адреналин хлынул в кровь, тело наполнилось злой энергией. Эдик кувыркнулся вперед, на то место, где он стоял полсекунды назад, смачно хлюпнулась тварь.

– Беги-и-и! – истошно кричала Анжела.

Перепрыгивая через ступени, Эдик мчался по лестнице. Сердце бешено колотилось о ребра, в венах жарко пульсировала кровь. Он не сразу смог затормозить, пролетел мимо Анжелы и ребят.

Никита и Света с Таней навалились на дверь, а Анжела яростно колола железным прутом. Дверь захлопнулась, Таня повернула ручку, закрывая замок. Из-за двери раздалось пронзительное, злобное шипение.

Эдик обернулся, убедился, что дверь заперта, и метнулся к лифту.

– Кит, помоги!

Тумбочка, блокирующая двери лифтовой шахты, в открытом положении сидела плотно.

– Отойди, – велел Никита и несколькими сильными пинками сбросил тумбочку в шахту. Двери с лязгом сомкнулись.

– Боюсь, она их сможет открыть, – Таня с сомнением смотрела на двери. – Просунет щупальце и раздвинет. Надо их заблокировать.

Никита протянул руку к железному пруту, что держала Анжела, но она отдернула прут и спрятала за спину:

– Это единственное оружие, которое у нас есть.

– Но больше нечем заблокировать дверь. – Никита беспомощно огляделся.

Вдруг Таня что-то подняла и с размаху бросила на мраморный пол. Брызнули черные пластиковые осколки.

– Ты чего наделала?! – ахнул Никита. – Ты же ее разбила!

– Разбила, – спокойно согласилась Таня. – А зачем она тебе?! В школе хвастаться?

Девочка смотрела прямо и жестко.

– Почему сразу хвастаться? – смутился Никита. – Но без камеры нам никто не поверит. А так было бы видеодоказательство.

– Интересно, кому и что ты собирался доказывать?