К началу октября 1931 года Зворыкин с помощниками завершил разработку передающей трубки новой конструкции. Трубке с односторонней мишенью Зворыкин дал название «иконоскоп» (от греческих слов eik'on — изображение и skop'eo — смотрю, рассматриваю). Испытания образцов иконоскопа дали хорошие результаты, что вселяло надежду на возможность скорого создания практической системы электронного телевидения. В том же году Зворыкин подготовил проект передающей камеры с иконоскопом и видоискателем.

На стадии окончания этой разработки руководство Ар-си-эй дало указание сотрудникам держать информацию о появлении в компании опытных образцов принципиально новой передающей телевизионной трубки в строжайшем секрете. Для такого решения было несколько причин.

Прежде всего, следовало запатентовать иконоскоп, поскольку предыдущий опыт свидетельствовал, что конкуренты внимательно следят за разработками телевизионной лаборатории Ар-си-эй и некоторые личности не прочь нагреть руки на казусах патентной системы.

На этот раз патентный отдел «Ар-си-эй Виктор» оформил документы оперативно и заявка с описанием существа изобретения, сделанного Зворыкиным, была подана в патентный офис США 13 ноября 1931 года. И вновь, как в случае с кинескопом, патентные эксперты обнаружили ряд заявок других лиц, которые были противопоставлены заявке Зворыкина, поскольку имели схожий предмет изобретения.

Венгерский изобретатель К. Тиханьи обратился в патентное ведомство Великобритании с заявкой на изобретение трубки с односторонней мишенью еще в июне 1928 года. И хотя патент на свое изобретение он так и не получил, его заявка стала основанием для отказа Зворыкину в получении патента. Впрочем, К. Тиханьи оказался не единственным изобретателем, чье обращение в патентное ведомство лишало Зворыкина официального признания его выстраданного многолетними поисками изобретения.

В том же 1928 году в Британское патентное ведомство обращался Р. Бруни, изобретший трубку под названием «фотоскоп», также с односторонней мишенью. А еще раньше, в 1924 году, с заявкой на изобретение передающей камеры, имеющей мишень одностороннего действия, в Британское патентное ведомство обращались сразу двое — Дж. Блейк и Г. Д. Спунер.

Пройдет несколько лет после того, как В. К. Зворыкину было отказано в получении патента на изобретение иконоскопа, и общественность узнает его имя как человека, подарившего миру «чудо XX века» — электронное телевидение. Так что это — парадокс бюрократической патентной системы? Если да, то такими парадоксами полна история техники. Различие между изобретательством и созданием техники, востребованной обществом, доходчиво объяснил в одном из интервью знаменитый Т. А. Эдисон: «Очень легко делать удивительные открытия, но трудно усовершенствовать их в такой степени, чтобы они получили практическую ценность. Вот этим-то я и занимаюсь» [14] .

Хотя запатентовать иконоскоп как принципиально новый прибор для передачи телевизионных изображений не удалось, в дальнейшем Зворыкин получил ряд патентов на частные решения и на тот же иконоскоп, но для специального применения.

По его первой заявке на изобретение телевизионной системы, поданной еще в 1923 году, патентный офис США в течение многих лет также не давал положительного решения, хотя несколько по другой причине. В начале 1920-х годов электронная система, разработанная Зворыкиным, была полностью новаторской, и патентные эксперты год за годом не соглашались с изобретателем, что такая система работоспособна. За все это время (патент на свое первое изобретение Зворыкин получит только в 1938 году, спустя пятнадцать лет (!) после подачи документов) заявка обросла разъяснениями автора, данными о проведении испытаний и т. п. Одновременно эта рекордная по продолжительности рассмотрения заявка принесла Владимиру Козьмичу пользу в борьбе с конкурентами, пытавшимися запатентовать электронные телевизионные системы, созданные позже.

Другой причиной, по которой руководство компании Ар-си-эй решило засекретить информацию о разработке иконоскопа, была необходимость доработать его конструкцию до такой степени, когда его «практическая ценность», о которой говорил когда-то Эдисон, уже ни у кого не будет вызывать сомнений.

После успешных испытаний образцов иконоскопа в октябре 1931 года Д. Сарнов сказал Зворыкину, что теперь его задача — превратить «лабораторный прибор» в устройство, которое будет полностью готово для массового производства. Предстояло разобраться в причинах появления помех, которыми сопровождалась работа иконоскопа, и устранить эти причины. Прежде чем объявлять о создании нового прибора, следовало решить связанные с его изготовлением и функционированием технологические, радиотехнические и другие проблемы.

К маю 1932 года иконоскоп был значительно усовершенствован. Испытания показали, что по основным техническим параметрам он существенно превосходит своего единственного конкурента — диссектор изображения Ф. Фарнсворта. Лаборатория продолжала трудиться над улучшением иконоскопа и других частей телевизионной системы, но как раз к моменту майских испытаний выяснилось, что для отдельных конкурентов достижение Зворыкина перестало быть «тайной за семью печатями». Руководитель исследовательского отдела «Ар-си-эй Виктор» А. Мюррей вместе с группой сотрудников перешел на работу в компанию «Philco», ту самую, которая двумя годами раньше призвала в свой коллектив «первопроходца» электронного телевидения Ф. Фарнсворта. И хотя сотрудничество с Фарнсвортом не принесло компании дивидендов, приглашение А. Мюррея, полностью осведомленного о работах Зворыкина, могло создать ей новые возможности для конкуренции.

Президент компании Ар-си-эй Д. Сарнов решает, что с работы Зворыкина по иконоскопу пора снять завесу секретности. Информация о его достижении поднимет не только интерес к телевидению, но и престиж компании. Летом 1933 года в Чикаго должна проходить Всемирная выставка, девиз которой: «Столетие прогресса». Во время выставки будет проведена Восьмая ежегодная конференция Американского общества радиоинженеров. На этой конференции Зворыкин сделает доклад об иконоскопе, что должно вызвать большой резонанс не только среди радиоспециалистов.