Между тем на одно из писем, разосланных Владимиром Козьмичем, пришел положительный ответ. Фирма «Вестингауз электрик корпорейшн» («Westinghouse Electric Со.») предлагала мистеру Зворыкину прибыть в Питсбург для собеседования о возможной работе в исследовательской лаборатории.

Полный радужных надежд Владимир Козьмич едет в Питсбург. Вид просторных помещений лаборатории с испытательными стендами, голубоватым мерцанием экранов осциллографов и красным свечением накаленных катодов вызывает такие чувства, что Зворыкин готов согласиться на любые условия, чтобы стать одним из обитателей этого мира. Неважное знание английского языка не помешало русскому инженеру показать во время собеседования обширные познания в области радиоэлектроники. Соглашение о работе в исследовательской лаборатории достигнуто, Владимир Козьмич возвращается в Нью-Йорк как на крыльях. Его не смущает даже, что предложенный ему оклад почти вдвое меньше того, что он получал, работая в Закупочной комиссии.

Татьяна ждет ребенка, поэтому переезд на новое место пришлось ненадолго отложить. 3 июня 1920 года на свет появилась дочка, которую родители решили назвать Ниной. Вскоре после этого волнующего события семья Зворыкиных переехала в Питсбург.

Первой работой для Зворыкина стало совершенствование технологии изготовления приемно-усилительных ламп, используемых в радиоприемниках фирмы «Вестингауз». Характеристики лампы в значительной степени определяются эмиссионными свойствами катода; новый сотрудник внес большой вклад в отработку процесса нанесения бариевого покрытия на катод. Не удовлетворившись результатами, полученными в результате проведенных опытов, Зворыкин изготовил полуавтомат, обеспечивающий стабильное получение катодов с требуемыми параметрами.

При оформлении на фирму Зворыкину было обещано, что при положительных результатах работы его зарплата через год будет увеличена. Понимая, что за этот год он внес большой вклад в деятельность лаборатории, Зворыкин не сомневался в получении солидной прибавки. Однако его ждало большое разочарование: как и другие сотрудники фирмы, он получил уведомление, что в связи с финансовыми трудностями компании его зарплата сокращается на 10 процентов.

Год работы в лаборатории фирмы «Вестингауз» придал эмигранту из России уверенности в своих силах. Считая отношение к своему труду несправедливым, он решает искать другую работу, просматривая объявления в газетах. Его внимание привлекает объявление фирмы из Канзас-Сити, которой требуется исследователь, знакомый с высокочастотной техникой. На этот раз договор, подписанный работодателем и гарантирующий почти вдвое более высокий заработок, чем в «Вестингаузе», был получен им заранее. Распрощавшись с Питсбургом, Зворыкин с семьей переезжает в Канзас-Сити.

Новая работа имела мало общего с тем, что приходилось делать Владимиру Козьмичу раньше. Владелец маленькой фирмы «С&С Development Со.», пригласивший Зворыкина, считал, что он изобрел метод существенного ускорения крекинга нефти. Фактором, делающим более быстрым процесс крекинга, должно было стать воздействие на обработку нефти с помощью токов высокой частоты. Перед Зворыкиным ставилась задача провести эксперименты, результаты которых подтвердят изобретение хозяина фирмы и послужат ноу-хау, привлекательным для нефтяных фирм.

Выпускник Петербургского технологического института не был знаком с процессами обработки нефти и не занимался раньше высокочастотной техникой в таком приложении. Тем не менее через несколько месяцев Владимиру Козьмичу удалось собрать необходимую установку и провести серию экспериментов согласно техническому заданию.

Результаты, полученные Зворыкиным, обескуражили его работодателя. Оказалось, что под действием токов высокой частоты крекинг нефти не только не ускоряется, но даже несколько замедляется. Планы владельца фирмы на продажу лицензии нефтяным компаниям рухнули. Созданная лаборатория была закрыта; Зворыкину заплатили за выполненную работу и отказались от его дальнейших услуг.

Владимир Козьмич уже ожидал такого исхода дела и заранее позаботился о тылах. Шел 1922 год, Америка переживала бум увлечения радиотехникой. В своей канзасской квартире Зворыкин устроил мастерскую по изготовлению радиоприемников по индивидуальным заказам. Пожеланию клиентов изобретательный русский мог собрать радиоаппаратуру, встроенную в часы, мебель и т. п. Заказов было неожиданно много, и Зворыкин впервые ощутил себя удачливым бизнесменом. Доходы позволили ему снять на лето дачу, купить хотя и не новый, но вполне приличный автомобиль, на котором он выезжал к заказчикам, а по выходным дням вывозил семью на природу.

Объединившись с одним из канзасских предпринимателей, Зворыкин задумал еще более грандиозный проект: оснащать радиоприемниками автомобили заказчиков. К сожалению, этот проект пришлось остановить на стадии рекламы: полиция Канзаса наложила запрет, считая, что радио будет отвлекать автовладельцев от управления транспортным средством.

Тем временем Зворыкину приходит письмо с фирмы «Вестингауз», извещающее об изменениях, происшедших в исследовательской лаборатории. Новый директор лаборатории мистер С. Кинтнер знает Зворыкина по прежней работе и предлагает вернуться в знакомый ему коллектив на более выгодных условиях. Оговорив заранее размер зарплаты и срок найма, Владимир Козьмич 1 марта 1923 года возвращается в уже знакомый ему Питсбург.

Теперь, спустя три года после первого знакомства с фирмой «Вестингауз», Зворыкина ожидал на фирме совсем другой прием. Директор исследовательской лаборатории С. Кинтнер сообщает Владимиру Козьмичу, что за ним сохраняются права на изобретения, сделанные в процессе прежней работы, и что патентный отдел будет оказывать ему необходимую помощь в оформлении патентных заявок как на прежние, так и на будущие изобретения. После этого Кинтнер любезно осведомляется, по какой тематике Зворыкину хотелось бы вести дальнейшие исследования и разработки. В ответ русский инженер, не раздумывая, заявляет, что готов представить проект и заниматься разработкой системы полностью электронного телевидения.