Шрифт:
Спустя месяц крик Сержанта стал рваться из его глотки. Он пытался сдержать жуткий звук, запечатывая рот ладонями. Но...
«Мама, здравствуйте. Я стал Сержантом...» Вскоре его комиссовали.
Приехав в свою страну, он в первый же день пошел на кладбище. Отыскал могилу Сержанта и встал на плиту, представив себя деревом. Пальцы босых ног проросли сквозь бетонное надгробие, ноги спаялись и покрылись корой, руки расщепились сухими ветками, похожими на когти хищной птицы.
Несколько раз в год с этого дерева падает плод. Он катится по кладбищу, оглашая окрестности плачем девочки. Плачу вторит крик Сержанта.
СИЛЬВЕСТИНА
Билет, купленный на аукционе в Сан-Франциско за десять миллионов долларов, давал Никифору Пастухову право убить последнего на планете тигра.
На ночлег расположились в пяти километрах от места предполагаемой охоты. Развели костер, поужинали. Никифор достал из жестяной коробки сигару, откусил кончик, окунул его в кружку с недопитым виски и закурил. «Все же приятно, что именно я, русский бизнесмен, а не какой-то там японец, торговавшийся за лицензионный билет дольше других, убью последнего тигра», – подумал он, глядя на неразговорчивого егеря.
– Ты все время молчишь, – обратился он к егерю, корейцу по национальности. – Завтра твою фамилию напишут рядом с моей... Прославишься.
Хранитель приамурского участка тайги набил трубку, раскурил ее от уголька и, глядя в пасмурное сентябрьское небо, сказал:
– Жаль кошку.
– А чего ее жалеть? – усмехнулся Никифор. – Она все равно подохнет. И за это никто не получит ни гроша. А тут – десять миллионов. Вот если бы нашлась тигру самка... Так ведь нету самки-то.
Кореец достал из рюкзака рацию и сообщил своему начальнику о месте привала.
– На мои деньги будет построена детская клиника. Стоит ли тигр тысяч спасенных малюток?
– Отдай деньги так. Зачем убивать?
– Найдется другой вместо меня. Тигра убьют. Стране нужна валюта.
– Дай валюту, а кошку не тронь, – упрямо твердил егерь.
– А если бы лицензию купил японец? Ты и ему бы предложил даром построить в Советском Союзе больницу для детей? – усмехнулся Никифор, раскладывая спальный мешок.
– Японец не станет платить много долларов, чтоб убить зверя. Японцы – умные.
– А вот тут ты, брат, ошибаешься. Именно японец торговался за лицензию дольше других. И я сумел доказать узкоглазому, что русские – всегда в первых рядах. На карту был поставлен престиж нации. Я все свои пароходы, отели и фабрики продал бы, чтоб только оставить японца с носом.
– У тебя враг есть? – спросил кореец, пыхая трубочкой.
– У кого их нет, – вздохнул Никифор.
– Скажи – убью твоего врага. А ты оставишь кошку в покое.
– Террорист... Считаешь человеческую жизнь дешевле тигриной?
– Людей много.
– За такой грех придется перед Богом ответ держать, – сказал Никифор, притушив сигару.
– Тогда придется убить тебя. – Егерь бросил потухшую трубку в рюкзак. – Я не боюсь ответить перед твоим Богом.
Никифор Пастухов подумал, что кореец запросто может садануть ночью палкой по башке и, чтоб замести следы, скормит труп тигру. Спишет на неудачную охоту. Послышался хруст, и запахло свежим луком...
– Тебя посадят... А тигра все равно убьют.
– Пошутил я, – сказал егерь. – Человека трогать нельзя.
«Шутник», – усмехнулся Никифор, успокоившись. Забрался в спальный мешок. Завтра он, Никифор Пастухов, выйдет на тропу, по которой ходит к Амуру тигр... Радиопочта пришлет поздравления от друзей. С каким наслаждением он будет вслушиваться в мелодичный голосок Сильвестины Козловой! Ни одна живая душа на всей земле не знает, что шкура последнего на планете тигра в скором времени будет брошена под ноги красавицы Сильвестины... Черт, как противно пахнет луком.
– Эй... Господин... Как можно так спать! Никифор открыл глаза.
– Какого беса, – проворчал он, вглядываясь в циферблат наручных часов. – Ночь на дворе... Кто ты такой?
– Вам надо уходить отсюда, – сказал незнакомец. – И чем скорее, тем лучше. Началась охота.
– Да кто ты такой, черт бы тебя разодрал?.. Отодвинь фанерку, чтобы я смог рассмотреть твое лицо... Это мой мост. В свое время я построил его так, чтоб под ним была вот эта ниша-комнатка с отодвигающейся фанеркой вместо двери. Ты меня с кем-то спутал.
Незнакомец кашлянул и сказал: