Когда он двинулся в толпу, шум и разговоры начали снова окутывать нас.

— Мы должны идти, — сказал Этан.

Я кивнула и позволила ему вывести себя. Он молчал по дороге к машине.

Эта тишина и последовавшая напряженность сгустили воздух в машине, пока мы ехали от имения Брекенриджей к Гайд-Парку.

Я уже дважды видела его покровительство.

Его жесты были мощными, но они также создавали неловкость между нами — словно жесты были слишком сильны для таких зеленых отношений как наши.

— Моя реакция была неуместна, — сказал он наконец.

— Ты думал, что он собирался причинить мне боль.

Этан покачал головой.

— Я критиковал Моргана. Я жаловался, что он слишком остро реагирует. Что он позволяет своим эмоциям вредить потребностям его Дома.

Мой желудок скрутило, у меня было отвратительное чувство, что я знала, куда ведет эта беседа.

— Этан, — сказала я, но он покачал головой.

— Если бы Морган выкинул такой трюк, я бы вывел его. Я бы вытащил его из комнаты и напомнил бы ему о его обязательствах. О его обязанностях в Доме и обо всем остальном. Я откровенно удивлен, что Габриэль не принял собственных мер.

Габриэль не мог, подумала я, потому что своим прикосновением Тоня напомнила Габриэлю причины, Этан действовал так из-за меня.

— Ты вступился за меня. Это понятно.

— Это неприемлемо, — возразил он.

Эти слова жалили, как удары, и я повернулась лицом к окну, чтобы он не видел слез, которые начали заполнять мои глаза.

Однако Этан готовил оправдание своему мощному жесту в доме Брексов.

— Я мог бы разрушить все хорошее взаимопонимание, которое мы достигли между оборотнями и вампирами из-за моей реакции. Просто так, — добавил он, щелкнув пальцами.

Потом он немного помолчал.

— Прошло много времени с тех пор, как я о ком-либо заботился. С тех пор, когда я позволял инстинкту овладеть мной. — Его голос смягчился, как будто он забыл, что я была в машине. — Я должен был предвидеть такой поворот событий. Я должен был рассмотреть возможность того, что могу отреагировать таким образом.

Должна ли я была оценить признание того, что он ухаживал за мной, когда тонул в сожалении по этому поводу?

— Что если Габриэль предложил Союз, дружбу, только потому, что ты сделала для Берны? Если мы продолжим наши отношения, и наши эмоции переплетутся и запутаются, и это приведет к тому же, что и твои отношения с Морганом, что тогда? Горечь? Плохие чувства?

Что я должна была сказать? Я должна была спорить с ним? Напомнить ему о физическом блаженстве? Убедить его, что он не Морган, и что наши отношения отличаются?

— Если мы сформируем лояльность со Стаей, мы войдем в историю. Мы создадим Союз, который будет уникальным в истории. И своей реакцией я подверг Союз риску. Если я буду так реагировать, то я к этому не готов, возможно не способен на это. Не тогда, когда это подвергает безопасность и защиту Дома риску. — Он помолчал. — Есть еще триста вампиров Кадогана, Мерит.

И я одна из тех трехсот, молча подумала я, и заставила себя задать следующий вопрос.

— Так что ты хочешь сказать?

— Я говорю, что я не могу этого сделать. Не сейчас. Вещи слишком хрупкие.

Я подождала, прежде чем заговорить, пока не была уверена, что мой голос не будет дрожать.

— Я не хочу притворяться, что ничего не было.

— У меня нет такой роскоши, как воспоминания. Девушка не причина, чтобы выбросить свой Дом.

Я проглотила комок в горле и со слезами на своих щеках, приняла решение.

Я бы отвергла с презрением авансы Этана, если бы он предложил только секс. Но я сдалась, когда он сказал, что нуждается во мне. В самом деле, он решил, что я одноразовая.

Я чувствовала себя глупо наивной.

Но я не позволю ему увидеть это, так что я заблокировала свое сердце и оказалось, что могу говорить тем же холодным голосом, каким пользовался он.

— Ты уже передумывал раньше. Если ты закончишь сейчас и передумаешь снова, я не вернусь. Я буду стоять Стражем, но только в качестве твоего сотрудника. Не так, как твоя любовница.

Ему потребовалось мгновение, чтобы ответить... и разбить мое сердце.

— Тогда это риск, который я беру на себя.

Мы ехали домой в тишине, прерванной только напоминанием Этана, что мы должны встретиться с Люком до рассвета, чтобы обсудить собрание.

Мне удалось сдержаться и не потянуться через центральную консоль, чтобы удушить его, но как только мы оказались в гараже, я выскочила из машины, помчалась по подвальной лестнице и выскочила за дверь.

Было еще несколько часов до рассвета, и я не могла провести их в Доме.