Завоевание Испании Римом стало продолжением борьбы Рима с Карфагеном за политическое господство на западе Средиземноморья. Когда Рим лишил Карфаген торговых зон на Сицилии, Сардинии и Корсике во время Первой Пунической войны 241 года до н. э., карфагеняне начали искать способы укрепить свою власть на юго-востоке Испании и расширить торговые связи. Периодически они приходили в эти земли, чтобы торговать, либо организовывали военные походы, защищая финикийские колонии; приблизительно в середине VII века до н. э. они основали колонию на острове Эбус (Ибица). Для участия в войнах время от времени они нанимали воинов из племен иберов. Первая Пуническая война обратила их внимание на богатые серебряные рудники на восточном побережье, где в 228-227 годах до н. э. в Новом Карфагене они основали свою столицу и начали упорную борьбу против римской гегемонии.

Вначале две державы договорились разделить области влияния, подписав в 226 году соглашение, согласно которому река Эбро стала границей владений Карфагена. Однако через семь лет великий карфагенский полководец Ганнибал захватил и разграбил город Сагунт недалеко от Валенсии. Город находился далеко к югу от границы, однако это вызвало мгновенную реакцию Рима, который считал город своим. Чтобы остановить Ганнибала, в греческую колонию Эмпорион (ныне — Ампуриас) был послан Гней Корнелий Сципион.

Сципион и его сын одержали ряд побед, сделав Рим неоспоримым владыкой Западного Средиземноморья, что дало импульс активному освоению казавшихся неистощимыми природных богатств региона. Разграбление Нового Карфагена и присоединение Гадеса, последнего оплота карфагенян, позволило римлянам судить о возможных богатствах противника. Притязания Ганнибала же ограничивались серебряными рудниками на восточном побережье. Вероятно, у Рима не было долгосрочных планов насчет Иберийского полуострова, когда они остановили притязания Карфагена. Однако после победы многие римляне захотели осесть в этих местах, желая воспользоваться огромным сельскохозяйственным и природным потенциалом. И они не пожалели о своем решении. По словам историка Полибия, с 206 по 198 год до н. э. Рим получил из Испании 6316 римских фунтов золотых слитков и 311 622 фунта серебра (три римских фунта равны приблизительно одному килограмму). Ливии отмечал, что после кампании по усмирению Испании в 197— 195 годах до н. э. Катон вернулся в Рим с 25 000 фунтами серебра, 1400 слитками золота, 54 000 серебряными монетами и 123 000 другими серебряными изделиями, причем по 1610 бронзовых монет он раздал каждому своему коннику и по 270 — каждому пехотинцу. Чтобы закрепить победу при Илипе в 206 году, римляне основали военный пост в Италике (город Сантипонсе, недалеко от Севильи) и разделили территорию на две самостоятельные провинции: Испания Цитериор (Ближняя) на восточном побережье реки Ибер и Испания Ультериор (Дальняя). Лишь через 200 лет непрекращающихся войн провинции полностью оказались под римским владычеством.

РОМАНИЗАЦИЯ

Усмирение севера помогло Дальней Испании расширить территорию, увеличить число подданных и установить ту форму административного устройства, которая существовала в восточных и южных регионах. За порядком следили гарнизоны в столицах трех областей (Кордова, Мерида и Таррагона) и три легиона на северо-западном краю полуострова. Укрепление военной мощи на северо-западе можно объяснить миротворческими миссиями в неспокойных регионах, а также интересом римлян к залежам полезных ископаемых в тех местах. К 69 году н. э., когда Веспасиан подавил мятеж Гальбы против центральной власти в области Тарраконенсис (Тарраконская Испания), господство римлян над испанскими провинциями стало столь всеобъемлющим, что они посчитали необходимым призвать на полуостров всего один легион, расположившийся в Лехио (Леоне), недалеко от богатых золотых рудников Лас-Медулас. В поддержку легионам, первоначально состоявшим из римлян, создавали вспомогательные отряды конницы, завербованные для несения военной службы в других частях империи и состоявшие из местного населения, включая недавно завоеванные народы. С середины I века н. э. одним из видов поощрений за службу Риму стало признание выходящего в отставку воина римским гражданином.

С конца I века до н. э. по конец II века н. э. Иберийский полуостров играл важнейшую роль в распространении римской власти по другим регионам и в обеспечении ресурсами потребностей империи. Рим изменил местный ландшафт и создал новое общество с новым языком и совершенно новыми традициями. Трансформации, которым подверглись как географические, так и социальные стороны жизни Иберийского полуострова, сохранились на всей территории Испании до сих пор, особенно в процветающих восточных, южных и северо-западных районах. Была построена комплексная система дорог, в первую очередь, для облегчения продвижения войск, усиления контроля и удобства добычи природных ресурсов, а мостами, которые возвели римляне, пользуются и по сей день (Кордова, Мерида, Саламанка, Сарагоса и особенно Алькантара — мост над рекой Тахо имеет 194 метра длины и 70 метров высоты). Вдоль главных дорог устанавливали мильные столбы, указывавшие расстояние и имя императора, при чьем правлении была построена или отремонтирована дорога, а на равных отрезках пути еду и кров предлагали придорожные таверны.

Продуманность и долговечность этой red viaria, сети дорог, которая до сих пор является основой испанской дорожной системы, отлично сочетались с эффективностью горных разработок. Плиний Старший, который одно время надзирал за добычей полезных ископаемых в Испании, писал, что золотые рудники Лузитании, Галлеции и Астурии приносили двадцать тысяч римских фунтов золота в месяц. Предполагают, что в древние времена на Рио-Тинто добывали более двух миллионов тонн серебряной руды. На рудниках Нового Карфагена, которые первоначально разрабатывали финикийцы и карфагеняне, трудились 40 000 человек, в основном рабы и каторжники. Крупные рудники принадлежали государству и управлялись прокураторами. Постепенно государство ужесточало контроль над более мелкими шахтами, назначая частных подрядчиков и арендаторов. О прибыли подрядчиков на рудниках можно судить по частным пожертвованиям в размере 20 миллионов сестерциев, самым щедрым за всю историю Западной Римской империи, которые предположительно сделал арендатор шахты по добыче ртутной руды Сисапон в Альмадене.

Урбанизация Иберийского полуострова была важнейшим элементом ассимиляции местных жителей. Практически все испанские города, кроме Бильбао и Мадрида, либо были основаны римлянами, либо стали крупными центрами под их господством. Романизация — долгий и кропотливый процесс «естественного смешения» римлян с местным населением. Рим не стремился, по крайней мере изначально, навязать свои ценности и верования. К середине I века до н. э., по словам Страбона, турдетанцы, которые жили на берегах реки Бетис (Гвадалкивир), полностью изменились под влиянием римского образа жизни. Они даже забыли родной язык.

Когда в 44 году до н. э. погиб Юлий Цезарь, в Испании постоянно проживали всего 30 тысяч римлян. Именно с того момента колонизация переросла в романизацию — число римлян, переселяющихся в Испанию, стремительно росло. Была основана двадцать одна колония, а существующие поселения полугородского типа поднялись до ранга муниципий. Август разделил полуостров на три провинции: Бетика (на юге), Лузитания (на юго-западе) и Тарраконенсис. К 73-74 году н. э. большинству поселений даровали статус владений Римской империи, а их жители стали считаться полноправными гражданами Рима. На севере и северо-западе противостояние было сильнее; римские власти добывали полезные ископаемые, поддерживали закон и порядок и, видимо, позволили местным жителям сохранить свои традиции, жить в семейных общинах (gentilitates) и носить кельтские имена.