– Не пойду я домой, – голова запрокинулась назад, глаза закрылись крепко накрепко, – мне еще охранника допрашивать…

– Хочешь, двойной кофе принесу?

– Не лезет больше в меня кофе!

– Прямо не знаю, чем и помочь… Хочешь, ущипну тебя как следует?

– Только посмей! – ценой громадного усилия я растопырила глаза и уставилась в монитор ужасным взглядом. – Так что ты там про пупок говорил?

– Что через него можно с космосом связываться.

– Правда, что ли?

– Сенчик, ты меня пугаешь, – Влад с жалостью посмотрел на меня. – Пиши давай, а то скоро уже конец рабочего дня, а у тебя полный голяк.

Да уж, это точно, следовало взять себя в руки и во что бы то ни стало связаться с космосом через пупок. Я же все-таки профессионал…

К половине шестого связь была благополучно достигнута и статья передана через Петюню нашему предводителю.

– Владик, можно еще раз воспользоваться твоим мобильником?

– Держи, – мой добрый щедрый друг протянул аппарат, и я набрала Тайкин номер.

– Да-а-а-а! – сквозь зевоту ответила Тая.

– Тая, это Сена, – зевнула я в ответ. – Во сколько встречаемся? Я уже свободна.

– Где встречаемся? Зачем? Лично я еду спа-а-а-ать!

– Как так? Мы же договорились ехать к охраннику!

– Я не в силах! Я очень хочу спа-а-а-а…

– Я, между прочим, тоже! Весь день мучаюсь, как проклятая! И тем не менее…

– Все, тихо! Не визжи! Какое там метро?

– Битцевский парк. Ты едешь?

– Еду-еду! Вот ведь нудота какая…

И отключилась со связи. Вернув Владу мобильник, я побрела на выход, обуреваемая противоречивыми чувствами в отношении своей напарницы по детективному ремеслу. В предбаннике у петюнинского компьютера вновь стоял Конякин и диктовал Петюне текст электронного письма:

– …и если ты, скотина безрогая еще раз решишься нам написать, мы вычислим твое место жительства… Петр! Слово «скотина» пишется через «о»! Что с тобой такое?! Ты же работаешь в газете!

– Простите, опечатался, сейчас поправлю. Вот, всё готово. Что дальше?

– И чего вы маетесь? – за мною следом вышел Влад. – Занесите его мыльный адрес в черный список, поставьте фильтр, и письма этого маньяка просто перестанут к нам доходить.

– И ты сможешь это сделать? – недоверчиво спросил наш далекий от технического прогресса предводитель.

– Конечно, это же минутное дело.

– Ну так садись и делай! Петр, уступи ему место!

– Станислав Станиславович, до свидания, – подобострастно попрощалась я, берясь за дверную ручку.

– Ты уже все сделала? – вперил в меня Конякин огненный взгляд.

– Да, да, – закивала я, и мысленно добавила: «сделала все, что смогла, на что хватило здоровья». – Статья получилась забойной, Станислав Станиславович, она у Пети.

– Тогда счастливо, всего хорошего! Ступай, Сена, ступай, видишь, заняты мы!

Покинув стены издательского дома «Комета», я поспешила к метро, пряча лицо от пронзительного ветра, несущего некую противозную колючую мерзость, в народе зовущуюся «крупой». Но нет худа без добра, пока долетела до орденоносного метрополитена, взбодрилась, проснулась, практически ожила.

Сонную, хмурую, недовольную всем миром физиономию под сенью основательно растрепанной челки «Карлсон» я узрела сразу, как только вышла из вагона.

– Таесунчик, приветик, – засюсюкала я, надеясь с разбегу подлизаться и не перепоганить себе весь вечер общением с этим чудовищем. Перед всеми, ну просто перед каждым приходится унижаться и заискивать, лишь бы оставшиеся нервы себе не перепортить! – Сейчас быстренько учиним допросик охранничку и поедем спатеньки…

– Идем уже! – рявкнул гнусный Таесунчик и кавалеристским шагом направился к эскалатору. Я посеменила следом, стараясь немного помедитировать на ходу ради сохранения себя для общества и дальнейшей борьбы за его благоденствие.

Величественные башни жилого комплекса «Изумрудный» щедро освещались, особо густо бил свет из-под полукруглых крыш.

– Ты себе даже представить не можешь, какие бешенные баблосы палятся только на внешнее освещение обычных жилых домиков! – сварливо проскрипела Таисия Экономная. – Какая нелепая трата бюджета! Ведь эти средства можно было бы раздать бедным, несчастным и обездоленным!

– О, да! – я всем своим видом озаботилась неразумной растратой бюджета, деликатно подталкивая Таю к входу на территорию жилого комплекса и прямо таки изо всех сил надеясь, что сегодня работает именно тот охранник, который нам нужен.

И счастье улыбнулось моей измученной душе, охранник оказался правильным! Сидя в застекленной будке, он так внимательно читал газету, что неловко было отвлекать, но все-таки пришлось.

– Вечер добрый, – столь сахарно произнесла я, что даже удивительно, как это мой голос не растекся по стеклу густым сиропом. – Вы нас помните?