Менее чем через минуту я вернула ей заполненную до краев солонку — альтруистическая щедрость не при чем, просто так я лишила ее этого повода заявляться в гости. Я приветливо улыбнулась и уже хотела захлопнуть двери, когда поняла, что сделать это мне мешает нога надоедливой бабки.

— Вы чего-то хотели? — спросила я вежливо-напряженным тоном.

— Я хотела у тебя спросить, чего это ты так поздно сегодня домой вернулась?

«Не твое дело, длинноносая карга», — хотела ответить я, но вместо этого натянула на лицо добрососедскую улыбку и сказала:

— Сегодня в шесть было торжественное открытие супермаркета, о котором я буду писать статью, поэтому собирала материал.

Еще одно из объяснений, которые не вызывают никаких подозрений.

— Как интересно! Я обязательно куплю этот номер вашей газеты!

Обычно под «куплю» Юлия Ивановна имела в виду: «Ты мне бесплатно принесешь из редакции». Фактически именно поэтому пенсионерка так редко читала прессу.

Еще раз натянуто улыбнувшись, я деликатно оттолкнула ногу Юлии Ивановны и захлопнула дверь, прежде чем она успела попроситься в гости на соседский чай.

Ну вот, если после встречи с двумя уродцами я еще была на что-то способна, то это чудовище окончательно меня добило. Я без сил упала на кровать и провалилась в глубокий сон. Но если для меня это был сон в реальности, то для сотен других людей, которые сейчас также прятались под одеялом, это только сон внутри большого сплошного сна.

Весь мир театр, а люди в нем актеры. Меня всегда интересовала другая сторона этой фразы: та, что колет горькой правдой, указывая на место, отведенное нам в жизни.

Актеры в театре никогда не играют просто так. Их задача — развлекать зрителя, который смотрит спектакль. Зритель восторженно наблюдает, как герои пьесы смеются, надеются, верят, идут к цели, спотыкаются, падают, разбиваются вдребезги. А все что после них остается — осколки, которые оказываются на свалке. Кто-то из них слабее, кто-то сильнее. Некоторые могут даже считать себя зрителями, но в действительности они лишь очередные персонажи, созданные для развлечения кого-то другого.

Каждый из нас против воли актер великого всемирного театра.

А если есть театр и актеры, то есть и зритель.

Кто он? Тот, кто наблюдает за нами, радуясь нашим потугам? Кто сценарист, режиссер и зритель одновременно?

Как я и предполагала, моя вчерашняя статья про размазанный по асфальту труп оказалась на первой странице! Ну а когда главный редактор просмотрел материал про открытие супермаркета (а заодно и аномальной зоны), его глазки засветились как трансформаторная будка, в которой я вчера поджарила одно из напавших на меня чудовищ.

После этого меня послали писать о столичной театральной труппе, которую занесло к нам на гастроли. Наконец не предвиделось ничего необычного, кроме эксцентричного режиссера! Да и по дороге домой никакие монстры не прилипли. Кто знает, а вдруг повезет, и следующие несколько дней окажутся спокойными? Тем более, появился еще один повод для хорошего настроения: Юлия Ивановна на выходные уехала погостить к сыну и невестке с благой целью — посвятить всех тамошних бабок в каждый подозрительный вздох на своей улице. А заодно узнать, как поживают даже незнакомые ей люди в районе, где она уже полгода не была.

Зайдя в квартиру, я разулась, предварительно выложив нож из ботинка на полочку, вошла в комнату и замерла: у окна стоял человек!

Вместо того чтобы тратить время на банальные вопросы вроде «Кто вы, и что здесь делаете?», я схватила нож и пошла в атаку. Но мне даже не удалось приблизиться к этому мужчине! Его словно окружала невидимая стена, которая отбросила меня назад. Я даже не успела понять, что к чему, когда нож вырвался из моей руки и, сам пролетев несколько метров, лег на стол в другом конце комнаты.

— Кто вы, и что здесь делаете?!! — Ну вот! Я все же спросила это!

— Успокойся, — посоветовал мужчина и подошел ко мне.

Когда он отошел от окна, я наконец смогла рассмотреть моего незваного гостя: На вид ему было лет тридцать. Будучи высокого роста, он обладал худощавой, можно сказать даже изящной комплекцией — утонченные длинные пальцы, тонкие запястья, узкие бедра. Однако намного больше, чем само появление этого типа, меня удивили его задорно блестящие серебристые глаза, которые с интересом меня рассматривали! Из аккуратно постриженных серебристо-белых волос выглядывали кончики заостренных ушей.