— Ты не смеешь так говорить о человеке, который в тысячу раз честнее и порядочней тебя!

Захаров нехорошо усмехнулся.

— Всё теперь понятно. Ты его любовница, потому и защищаешь!

Она дала Захарову пощёчину. Он тупо поглядел на Ларису и угрожающе процедил:

— Ну, хорошо же! Я ещё с тобой посчитаюсь за это!

Захаров решил, что во всех его бедах виноват именно Гребенюк, принявший Ларису на работу. Надо было спросить его разрешения — как-никак Захаров не только муж Ларисы, но и непосредственный начальник заведующего гаражом. Тарас этого не сделал. Мало того, увидев, что главный инженер недоволен, Тарас и не подумал освободить Ларису. Если сейчас промолчать, не отреагировать на всё это, так Гребенюк вообще выйдет из повиновения, сядет на голову. Нет, его надо сломить, поставить на колени!

Пощёчина озлобила Захарова и заставила его действовать решительно. На следующий день он отправился в гараж.

С Гребенюком он столкнулся в воротах.

— Куда это ты спешишь? — спросил Захаров.

— По делу.

— Твоё дело подождёт… Поговорить надо. А вообще-то нечего отлучаться. Помни, ты заведующий гаражом. Пропадаешь неизвестно где.

— В гараже всегда дежурит диспетчер, — заметил Тарас.

— Его дело — путёвки выписывать, а ты за всем следить должен. Ну, куда ты сейчас направился?

— К уста Мейраму. Треба договориться про ремонт одной машины.

— А утром где был?

— На дороге случилась авария. Я йздыв, чтобы…

— Постой, постой! Всё по порядку. Какая авария?

— Машина попала в кювет.

— Всё ясно, — презрительно сказал Захаров, — пьяный шофёр! Хороша же у тебя дисциплина! А ты ещё нянчишься с такими!

— Да! — с неожиданной яростью ответил Тарас. — И правильно!

— Нет, не правильно! Надо передать дело в суд! И всё!

— Передавайте!

— Как фамилия шофёра?

— Захарова, Людмила Владимировна, — Гребенюк старался говорить спокойно.

— Ты что, Тарас, шутить вздумал?!

— Яки ж тут шутки, колы вона чуть не пострадала.

— Вот и нечего ей садиться за руль! Только позорит и себя и меня!

— Вона в аварии невинна — тормоза здалы.

— Она не виновата! — передразнил Захаров. — Тогда, может быть, я виноват?

— Може буты, — уже насмешливо сказал Тарас.

— Ишь ты! Моралист! Тогда, может, именно меня под суд отдавать надо?

Тарас только усмехнулся. Захаров, почувствовав, что он потерял все преимущества в этом споре, переменил тему:

— Что с Ларисой? Ранена?

— Та ни, тильки испугалась.

— Где-нибудь прячется от стыда?

— Робыть на машини Смирнова. Вин заболел. А стылиться ей нечего. Работает добре.

— Чего это ты её расхваливаешь? Приворожила?

— Дурныцы вы говорите, Иван Михайлович! — резко сказал Тарас, не скрывая своего презрения. — Ваша жена достойна уважения. Це все понимают. Кроме вас…

И, обойдя Захарова как столб, Тарас вышел из гаража и направился к мастерским.

Взбешённый Захаров, как всегда, нашёл выход в том, что заперся в своём кабинете, предварительно зайдя в продуктовую лавку.

Вскоре, багровый и осовевший, он вышел из кабинета и направился в мастерскую.

Гудели станки, шипел воздух в горнах, звенели наковальни. Появления Захарова сразу никто не заметил. Он увидел, что Ильхам склонился над чертежом, замеряя детали и исправляя старые цифры.

— Что ж ты со мной не здороваешься? — мрачно спросил Захаров. — Не приметил?

— Здравствуйте, товарищ Захаров, — спокойно сказал Ильхам.

Главный инженер явно искал повода для скандала, и Ильхам готовился выдержать бурю ругательств и нареканий.

— Конечно, меня лучше не замечать и не считаться со мной, — как бы рассуждая вслух, заговорил Захаров. — Тогда можно и посторонними делами заняться. Поиграть в рационализацию! Так вот, слушай внимательно: никаких изобретений в рабочее время. Есть нормы, есть график — извольте подчиняться! А научные работы будешь вести, когда тебе позволит администрация и твоё образование. А его ещё получить надо! Передай уста Мейраму, что я влеплю ему выговор, если он будет потакать таким затейникам, как ты…

В этот вечер уста Мейрам долго говорил с Соловьёвым, который, зная о работе Ильхама, с недоумением услышал о позиции главного инженера.

— Вот что, — сказал директор напоследок, — вы этого дела не бросайте. А с Захаровым поговорю я.

Когда Байтенов вернулся домой, взволнованная Надя сразу же набросилась на мужа:

— И о чём вы только думаете?! Сегодня вечером

Захаров опять напился, кричал, разбросал всё в комнате, хотел избить Ларису!