В родной город въехали уже в густых сумерках, впереди машины бежали желтые тяжи света от фар, а приборная панель тускло светилась, кидая на нервно поджатые губы Светланы мертвенно-серые блики. Остановив машину во дворе её дома, у самого подъезда, Он помог девочке открыть дверь, а то тонкие пальчики вдруг совершенно обессилили и не справились даже с не тугой пружиной на внутренней ручке. Шепнув короткое слово благодарности, Светлана взяла с заднего сидения сумку и коробку с платьем и выкарабкалась из машины, толкнула дверь, обошла капот, метнув в лобовое стекло затравленный взгляд, и спешно побежала ко входным дверям.

– Мышка!
– Сам от себя не ожидая, вскрикнул Он надломившимся голосом и чуть ли не до пояса вылез в открытое окно, протягивая к ней руку.

Вздрогнув, почти что подскочив на месте, она обернулась, опустила к ногам сумку и коробку, озадачено посмотрела на вытянутые в её сторону подрагивающие пальцы. Потупив взгляд, подошла и смущенно вложила свои пальчики в тут же сжавшуюся ладонь.

– Не надо бояться...
– Глухо поговорил Он, хотел было добавить "Я с тобой", да понял внезапно, что именно это Светлану и пугает, потому закончил нейтральным, - Всё будет хорошо.

Тонкие пальчики в Его руке подогнулись, обхватывая Его пальцы, уголки губ Светланы робко поползли к скулам, и на Него впервые за день взглянули полные света и радости глаза:

– Я знаю, Константин.

Глава 34.

Ее личное июньское солнце

Дом встретил Ее тихим смехом сидящей перед телевизором Олеси. Она шагнула вперед, выходя из маленького коридорчика в общую гостиную, и тут же попятилась. Ее соседка была не одна, а со своим любимым. Рыжая голова покоилась у мужском плече, и это казалось таким нежным и природным, что Она постаралась как можно бесшумнее пройти за их спинами в свою комнату, но... Не получилось.

– Мышка! Ты уже пришла!

Любопытная остроносая мордашка мигом обернулась к Ней, замершей посреди гостиной, и Олесин парень не слишком охотно обернулся вслед за любимой:

– Здравствуй, Света.

Она вздохнула, прислонившись спиной к стене, и усмехнулась уголком губ:

– Здравствуйте... Да, Олесь, я пришла.

Рот рыжей мгновенно распахнулся, дабы хорошенько порасспросить Ее про то, что было, и особенно про то, с кем Она была. Но парень, мигом смекнув, что все внимание отошло от него, парой ловких движений вернул лукавый зеленый взгляд Олеси, и Она получила шанс ускользнуть, коим и воспользовалась.

Комната встретила Ее вечерними сумерками и тишиной. А Она сразу перелетела на узкую кровать, разметавшись по ней, и как-то испуганно улыбнувшись в подушки. Сердце пропустило два удара, и Она вновь вспомнила прошлую ночь. Голова до сих пор была тяжелой, но как ни странно - Она все помнила, до подробностей. И его дыхание, обжигающее, заставляющее Ее дрожать с головы до ног, его губы и свои собственные, которые каким-то странным случаем оказались единым целом, таким естественным... Она прервала себя на этих мыслях, вспомнив, какой ужас испытала, проснувшись в его объятиях... Худенькое тело тут же обуяла дрожь - то ли страха, то ли желания. Она перекрутилась по кровати, раскинув руки и глядя в белый потолок. Вспомнились его виноватые глаза сегодня в машине. И то, что Она в панике устроила утром. Но ярче всего стояло у Нее перед глазами выражение лица Константина и его протянутая рука. Как будто он тянулся к спасению...

На сердце тут же сделалось тяжело, и Она подползла к сумке. Покусав губы и прислушавшись к доносящимся из гостиной негромким монотонным голосам из телевизора, Она вытащила из сумки телефон и набрала номер, который выучила на зубок. Ночью разбуди - первое, что выдаст, будет номер мобильного Ее Константина. С замершей душой слушала Она гудки, и вот - долгожданный и все же такой неожиданный глуховатый голос:

– Мышка? Что случилось?

Она торопливо замотала головой, совершенно забыв, что он Ее не видит, а значит и понятия не имеет, что она сейчас отрицает.

– Ничего... Я просто позвонила... Чтобы...

– Чтобы что?

– Чтобы сказать... Ты не должен грустить.

Тонкие бровки сошлись на переносице, и Она поспешно выпалила:

– Я того не стою! Правда... Ты же не грустишь?
– Дотошным и наивным тоном спросила Она, закусывая костяшки пальцев и коря себя уже за то, что позвонила.

Из телефонной трубки ее ушка достиг тихий смех, вслед за которым раздался ласковый голос:

– Уже нет, Мышонок... Только с одним я категорически не согласен!

Сердце ее упало прямо в пятки, когда Она пискнула

– Что?

– Ты вовсе не "ничего не стоишь"! Ты стоишь очень многого! Может, даже кучи таких, как я...

Последние слова прозвучали с какой-то горечью, но Константин быстро перевел тему, поинтересовавшись как у Нее дела. Она что-то ответила, потом еще что-то, и еще... В конце концов, к окончанию разговора Она рассмеялась так, что в гостиной испуганно замолк телевизор - ясно было, что Олеся жадно и изумленно слушает звуки, доносящиеся из Ее комнаты. Посему Она пришла к выводу, что пора бы ложиться спать.