сверху на открывающийся ландшафт, но сегодня ей было как-то не по себе, получившаяся

задержка рейса не то что радовала ее, но особо и не огорчала. Розовощекий в красном

комбинезончике малыш, выбравшись наконец из своей коляски как из ненавистного плена,

с радостным визгом кинулся убегать от своих родителей, обосновавшихся за соседним

столиком. Нерасторопная мамаша бросилась ему вдогонку, когда малыш свернул и...

оказался на руках у Евы.

– Попался!
– воскликнула она, передавая визжащее создание молодой улыбчивой

брюнетке.
– Извините, я случайно подслушала, что вы тоже летите в Сочи. Не знаете, на

сколько еще задержат рейс, меня мама там встречает, хотелось бы сообщить ей хоть что-

нибудь.

– Похоже, это надолго. Муж узнавал в справочной, говорят, грозовой фронт, когда, что –

ничего не известно.

– Спасибо, - поблагодарила женщину Ева и подумала, что мама дома, наверное,

приготовила ее любимое «Оливье» и котлетки на пару, а папа сидит в кресле-качалке и,

нервно качая ногой себя вместе с креслом, пытается читать «Аргументы», то и дело

поглядывая то на часы, то на телефон. Домой! Экзамены за четвертый курс сданы, можно

с легкой душой и чистой совестью предаться всем тем развлечениям, что сулит лето на

теплом Черном море.

– Можно к Вам подсесть? Извините, Бога ради, но все столики забиты, а Вы сидите одна...

– васильковые смеющиеся глаза, какой –то немного по-детски нежный румянец на щеках,

широкая белоснежная улыбка, непокорный чуб зачесан набок и наверх, джинсовая куртка

накинута на плечи. «Симпатичный паренек, - подумала Ева, жестом приглашая его

присесть на соседний диванчик, так как дыхание почему-то сперло, и голос куда-то

пропал, - девочкам на курсе понравился бы. Хотя у нас, на филфаке, при отсутствии

мужских особей красавцем показался бы любой, лишь бы не очконосный хлюпик...» -

строго урезонила она сама свои же восторги.

Поразительно беспечно оставив без присмотра синюю спортивную сумку «Найк»,

паренек, представившись Егором, быстро смотался за кофе, причем не только для себя. Да

еще и галантно прихватил два кусочка шоколадного тортика, от вида и запаха которого у

Евы началось обильное слюноотделение и заранее появилось чувство вины перед начатой

ею неделю назад в преддверии купального сезона диетой. Но разве можно отказаться от

такой вкусняшки именно сейчас, в этом унылом аэропорту, тем более из рук такого

сказочного красавчика. Ева живо представила как она, жеманно поджав губки и мотая

головой - «да как можно!» - отодвигает этот сладкий рай. Но на самом деле ее руки уже

тянулись к заветной тарелочке, глаза благодарно сверкали, а предательские уста с

радостной улыбкой говорили «спасибо».

Егор был доволен, пока все шло по плану. Правда, времени не так уж много, меньше чем

через час дадут вылет. А программа серьезная – за столь короткое время войти в доверие

к девушке и объяснить ей все так, чтобы она поверила и не сочла его рассказ чушью.

Причем не особо открывая свои карты. Идиоты начальственные, вечно у них времени не

хватает! Девчонку надо было обработать гораздо раньше, еще до прибытия в аэропорт!

Экзамены отменить, подругу «заболеть», да хоть ногу сломать! А теперь что ей прикажете

говорить? Какую-нибудь полу-правду, если поверит, конечно...

Напустив на себя облако очарования, Егор взглянул прямо в глаза девушке и тут же

утонул... Какие синие, чистые и наивные. Такие же были когда-то у его матери, но не в

этой, а в прошлой жизни... Магии здесь не требовалось, было и без того понятно, что

девушка им уже очарована, этот простодушный заинтересованный взгляд и смущенная

улыбка провинциалки купили Егора больше, чем все натренированные, отточенные в боях

силиконовые ужимки столичных дам света и полусвета, которых он за время «работы»

повидал предостаточно. Интересно, удивился сам себе Егор, почувствовав, что его ранее

хладнокровное сердце ангела совершает абсолютно человеческое сальто-мортале. Однако,

служба есть служба, и с чего-то надо начинать...

– Итак, если нам предстоит здесь томиться вместе ближайшие часы, давайте познакомимся