«Какое мне дело? Это не мои деньги», – думала Вероника, добросовестно переводя слова адвоката.

Потом начались поиски подарков. Пришлось обойти с ней из конца в конец улицу дешевых китайских магазинов, где Елена Архиповна из гор тряпья вытаскивала несусветные наряды, которые не будут носить даже в поселке под Воронежем, где проживала ее сестра. Говорить с ней о чем-то было бесполезно. Они уже давно обменивались лишь отрывистыми, короткими фразами только лишь тогда, когда это было абсолютно необходимо.

На следующий день няня заявила, что ей требуется купить что-то еще, но это было уже сверх сил. Вероника грубо ответила, что в этом случае она может поехать сама. Не маленькая. Раньше ответом были лишь поджатые губки, а сейчас она встретила взгляд, полный ненависти. Все неприятие и вся нелюбовь няни к Америке сконцентрировались на Веронике, как представительнице этой проклятой страны. После этого она просто стала считать дни до их отъезда в Москву.

На удивление все складывалось удачно. Визы для нее и Ани сделали буквально в три дня, да еще и позвонили из консульства, чтобы она приехала и забрала паспорта. Юлька перестала беспокоить. С билетами не было проблем.

Но нервная встряска предстояла в аэропорту. Перед просвечиванием на контроле безопасности она вдруг осознала, что Елена Архиповна где-то при себе везет все деньги, которые она получила за время пребывания в Америке. Она практически ничего не потратила, что означало, что на ней припрятана немалая сумма незадекларированных денег. Что-то предпринимать было уже поздно. Они уже подходили к рамке, где их просвечивали. Вероника взглянула на няню. Та стояла бледная, неотрывно глядя прямо перед собой.

«Ну, будь что будет!»

Она пропустила Аню впереди себя и затем прошла сама, не глядя назад и ожидая, что услышит оттуда грозные голоса людей в белых рубашках с надписями TSA, но ничего не произошло. Служащие выглядели усталыми и отрешенными. Очевидно, их смена подходила к концу. Няня проскочила, и Вероника в очередной раз подумала:

«Господи! Ну, скорее бы!»

В самолете Елена Архиповна сидела с закрытыми глазами и за весь полет не проронила ни единого слова. Видимо, мечтала о том, как она будет жить в домике вместе с сестрой, которую не видела четверть века. И с деньгами, которыми она располагала, может быть, ее жизнь там будет вполне комфортабельной, благодаря Володе, отцу Ани.

Ну а чтобы свершилась эта идиллия, пришлось пройти очередь на паспортный контроль в московском аэропорту, ожидать багаж, брать машину и ехать прямо на вокзал. Аня устала, не находила себе места в машине, хныкала. Но Вероника была непреклонной. Она не хотела и дня больше находиться вместе с Еленой Архиповной.

Шофер вместе с ее чемоданом остался ждать на стоянке, а они все пошли к поезду. Только у вагона Елена Архиповна осознала происходящее и стала тискать Аню и плакать. Она понимала, что больше никогда ее не увидит. Девочке это не нравилось, и она всячески упиралась.

– Хватит! Мама! Поехали в гостиницу!

Елена Архиповна взмолилась, чтобы они остались. Вероника решила потерпеть еще несколько минут. Так они и стояли, не говоря ни слова, а по лицу няни текли слезы.

Когда объявили об отправлении поезда, она попросила тихим голосом:

– Пожалуйста, постойте, а я посмотрю на Анечку из окна.

Поэтому они стояли, и Аня опиралась на Веронику. Так она устала.

– Мама! Ну когда мы поедем в гостиницу?

– Сейчас, дорогая. Через три минуты.

Поезд тронулся, и Елена Архиповна махала рукой, прижавшись лбом к окну, а они, не глядя на отходящий поезд, развернулись и направились к выходу.

– It’s all over, – вслух сказала Вероника. – Наконец-то!

На стоянке никак не могла найти машину.

Вдруг прямо перед ними остановился мини-автобус и загородил дорогу. Вероника чертыхнулась и собралась его обойти, но открылась широкая боковая дверь и выскочил парень со словами:

– Вы Валеру ищите?

Она опешила.

«Какого еще Валеру?»

Между тем парень продолжал скороговоркой:

– У него смена закончилась, и он передал вас мне. И ваш чемоданчик вот тут у меня.

Он сделал приглашающий жест внутрь. Вероника с удивлением увидела внутри свой чемодан.

– Садитесь! Мы вас довезем до гостиницы.

Тут она увидела, что за рулем сидел еще один человек, и в мозгу сработал сигнал тревоги. Она сжала руку Ани и сделала шаг в сторону, но сзади ее подхватили чьи-то руки, и она мгновенно оказалась внутри.

– Мама! – услышала она вопль и дернулась, но крепкие руки держали ее, а она в свою очередь не выпускала ладонь Ани, которая тоже оказалась вместе с ней внутри.