лёг рядом. Раздвинул ноги и заставил вылизывать свою промежность.

Уже через несколько минут, от ласк её рук и губ, член парня снова «воскрес».

Алина гордо оседлала его, двигаясь вверх и вниз, с удовольствием нанизывая

себя на этот огромный шоколадный кол, чувствуя, как глубоко он проникает в

её вагину, заполняя всё внутри и отодвигая матку, движется дальше,

растягивая стенки её влагалища, как воздушный шарик.

Мулат страстно мял её большие груди своими сильными руками,

теребил набухшие, как спелые вишни соски и сильно сжимал их пальцами,

заставляя её стонать, от сладкой боли. Потом он прижимал её за бёдра,

резкими толчками, двигаясь ей навстречу. Его глаза, похожие на глаза

орангутанга, пылали первобытной страстью и «зажигали» Алину своим

яростным огнём.

Когда член входил в неё полностью, Алина громко и протяжно

стонала, замирая от удовольствия, которое охватывало её, зарождаясь внутри и

растекаясь по телу сладкой волной. Постепенно эти волны слились в один

сплошной поток наслаждения, в теле появилась удивительная лёгкость, а

перед глазами заплясали яркие вспышки.

Тогда она закрыла глаза и, наклонившись к нему, обхватив его тело,

превращаясь в одно целое, бело - чёрное кофе с молоком. Страстно впилась в

его сочные, терпкие губы. Его горячий язык, упругой змеёй ворвался в неё и

живым клубком сплелся с её языком.

В этом диком, первобытном поцелуе она и «улетела» в самую желанную и

удивительную страну, имя которой – нирвана………

******

Этим же вечером, после посещения Алины, Тамара долго стояла

под душем, потом намазала тело любимым кремом, немного освежила губы и

ресницы, высушила волосы и поправила чёлку. Глядя на себя в зеркало,

потрогала руками груди, медленно провела ладонью по плоскому животу.

– А я ещё очень даже, - улыбнулась своему отражению.

Надела красную шелковую комбинацию, которую сегодня

специально купила, чтобы обратить на себя внимание мужа.

Еще раз посмотрела на себя в зеркало, убедившись, что сосочки и тёмный низ

живота хорошо видны сквозь тонкую, прозрачную ткань.

Очень довольная собой, вышла из ванной.

Леонид, в трусах и с книжкой на животе, сидел на диване в

гостиной, откинувшись на спинку и мирно спал, под работающий телевизор.

Тамара с пульта выключила телевизор и села с ним рядом.

Он открыл глаза.

– Привет, любимый, - нежно прошептала она.

– А я читал и задремал, - Леонид бросил книжку на журнальный столик и

наклонился к ней, чтобы поцеловать.

Тамара обрадовалась и подалась к нему, но муж просто чмокнул её

в щёку и встал.

– Спокойной ночи, - сказал он и, почёсывая живот, пошел в спальню.

– Спокойной ночи, - как можно спокойнее ответила Тамара.

Внутри у неё всё клокотало от злости и обиды на мужа.

Тамара вдруг поняла, что он даже ничего не заметил.

Она стала для него неким пятном, в котором со временем перестаёшь

различать форму, размеры и содержание, потому что оно всё время перед

глазами.

Тамара подтянула под себя ноги и закрыла лицо руками.

Не прошёл ты экзамен, Лёнчик, не прошел, - подумала она.
– Привык ко мне,

как к ночному горшку. Значит права Алина. Если я сама не позабочусь о себе,

он обо мне точно беспокоиться не станет.

Все сомнения мигом исчезли и в её сознании поселилась твёрдая

решимость и желание сделать себя счастливой. Пусть на час или два, но снова

ощутить эту томительную дрожь внутри и приятную лёгкость в теле, а главное,

почувствовать желание жить.

В этот момент в её коленки уперся влажный нос их белого пуделя

Тимки. Тамара убрала руки от лица.

Тимка, открыв пасть и высунув язык, преданно смотрел на хозяйку своими

большими чёрными бусинками и радостно поскуливал, виляя задом.

– А что, Лёнчик тебя разве не выгуливал?
– спросила Тамара.

Пудель радостно встал на задние лапы.