— Мне нужен слуга. Мальчик с крепкой спиной и быстрыми ногами.

Адер почувствовал, что его жизнь круто и нехорошо меняется:

— Я никогда не прислуживал в доме. Совсем не знаю, что делать…

Вторая отцовская пощечина заставила Адера умокнуть.

— Учись ценить себя хоть чуточку больше, — буркнул отец. — Всему сможешь научиться, хоть ты и неуч.

— Он мне сгодится, я точно знаю. — Старик медленно пошел по кругу около Адера. Он оценивал его, словно коня, которого привели на продажу конокрады. За стариком тянулся шлейф запаха. Пахло чем-то сухим, дымным, вроде благовоний. — Особый умник мне не нужен, а нужен мне тот, кто будет помогать дряхлому старику по хозяйству. Но… — Тут его глаза стали узкими, как щелочки, и враждебными. — Я живу не так близко отсюда, второй раз не приду. Если твой сын хочет работать у меня, он должен уйти со мной сейчас же.

— Сегодня? — в страхе спросил Адер. У него пересохло горло.

— Я готов заплатить, чтобы возместить тебе потерю рабочих рук, — сказал старик отцу Адера.

Стоило Адеру услышать эти слова, и он сразу понял, что пропал. Отец от денег не откажется. К этому моменту подошла мать. Она стояла чуть поодаль, в тени, отбрасываемой деревом, и нервно мяла в руках подол юбки. Адер отошел к матери, и они вдвоем ждали, пока старик и отец торговались. Как только они сошлись в цене, старик отправился к своей лошади, а мать Адера бросилась к мужу.

— Что же ты делаешь? — вскричала она, хотя и знала, что муж своего решения не изменит. Спорить с ним было бесполезно.

Адеру было нечего терять, поэтому он крикнул отцу:

— Что ты со мной сделал, отец? Неведомо кто является в табор, и ты продаешь ему одного из своих детей! Что ты про него знаешь?

— Как ты смеешь мне дерзить? — рявкнул отец и одним ударом сбил Адера с ног.

К этому времени успели подойти остальные дети, но предусмотрительно встали подальше. Им не впервой было видеть, как отец бьет кого-то из них, но все же они были напуганы.

— Ты слишком глуп и не разбираешься, что для тебя лучше, — продолжал свирепо отчитывать Адера отец. — Этот человек явно не бедняк. Ты станешь слугой богача. Будешь жить в доме, а не в фургоне, и в поле тебе батрачить не придется. Если бы старику нужны были еще слуги, я бы попросил его взять еще кого-нибудь. Может быть, Раду. Уж он бы кочевряжиться не стал, не упустил бы своего.

Адер поднялся с земли. Ему стало стыдно. Для порядка отец отвесил ему подзатыльник:

— Иди собирай свои пожитки, попрощайся со всеми. Не заставляй себя ждать.

Мать Адера пытливо посмотрела на мужа:

— Ференц, что тебе известно об этом человеке? Почему ты доверяешь ему нашего сына? Что он рассказал о себе?

— Известно мне вполне достаточно. Он графский лекарь. Живет в доме, в поместье графа. Адер будет прислуживать ему семь лет, а потом сам решит, уйти или остаться.

Адер подсчитал в уме: через семь лет ему исполнится двадцать один год — то бишь пройдет полжизни. А ему не терпелось пойти по стопам старших братьев — жениться, обзавестись семьей… Короче — стать мужчиной. Став слугой, он не сможет ни жениться, ни иметь детей. Самое золотое время жизни будет упущено. Когда он получит свободу, то уже будет немолод. Какая женщина захочет его тогда?

А его семья? Где они окажутся через семь лет? Ведь они были кочевниками и постоянно переезжали в поисках работы и укрытия от ненастий. Никто из них не умел читать и писать. Он ни за что не сможет разыскать их. Потерять семью — нет, это было немыслимо. Пусть они были изгоями, пусть все на них смотрели свысока, но как он выживет без родных, когда старик отпустит его?

С губ матери Адера сорвался крик. Она не хуже сына понимала, что сулит им долгая разлука. Но отец от своего не отступался:

— Так будет лучше! И ты сама это понимаешь. Погляди на нас — мы едва сводим концы с концами. Лучше Адеру будет самому о себе позаботиться. Одним ртом меньше.

— Значит, мы все для тебя — обуза? — взвыл Раду.

Он был на два года младше Адера. В семье он был самым нежным и плаксивым. Подбежав к Адеру, он обнял его и залил слезами рваную рубаху брата.

— Адер уже мужчина, он должен идти своей дорогой, — сказал отец, глянув на Раду, а потом добавил для всех: — Ну все, хватит этих рыданий. Адеру пора собираться в дорогу.

Адер уселся позади старика, как тот ему велел. Они ехали всю ночь. Конь у старика оказался на удивление хорош. Такой конь сделал бы честь рыцарю. От ударов его копыт содрогалась земля. Адер понял, что они скачут на запад, в глубь румынских земель.

К утру они проехали мимо замка графа, у которого работал лекарь. Ничего красивого в этом замке не было. Он предназначался для обороны, был приземистым и крепким. Вокруг квадрата крепости врассыпную расположились крестьянские дома и загоны для овец и коров. Во все стороны раскинулись засеянные поля. Старик и Адер ехали еще минут двадцать по густому лесу и наконец поравнялись с небольшой каменной башней, почти целиком скрытой за деревьями. Камни на вид казались сырыми, они покрылись мхом, густо разросшимся, потому что ему не мешало солнце. Адеру эта башня показалась больше похожей на темницу, чем на жилище. Он даже двери не смог разглядеть.