– Почему ты выбрал такое странное место для встречи? – спросил он.

– Во-первых, здесь невозможно толком осуществить слежку, – ответил Северин. – Во-вторых, прежде, чем мы начнем… Прежде чем приступим к исполнению нашего плана, я хочу, чтобы ты увидел это. Как работают столяры. Как работает вся эта пилорама. Как зазубренные стальные диски кромсают бревна, кромсают древесину, придавая ей нужную форму. Это Хмарьевск. Это Альтерра. Так она работает. Так здесь все устроено.

– К чему ты ведешь, Север?

– Мы собираемся это изменить. Если у нас получится – мир, каким ты его знал, перестанет существовать. Мир никогда уже не будет прежним. Готов ты к этому? Прежде чем ответить – посмотри, подумай. Пойми.

На Хмарьевск опускалась ночь. Горожане спешили по домам, спешили укрыться от ночи за ставнями, в теплом желтом свете растопленных очагов и каминов. Спешили отгородиться от тьмы, затворив засовы и задернув портьеры.

А Северин шел тьме навстречу.

Кутаясь в плащ, шел по окраинам, где лес вплотную подступал к хижинам и огородам. Мимо злачных мест, которые будут открыты до самого утра. Мимо их распахнутых окон, из которых падал, отражаясь в лужах, желтый свет, из которых доносилось пиликанье скрипки, женское хихиканье, звон посуды и хриплые тосты выпивох.

Северин шел мимо вырубок, на которых мерцали костры дровосеков – будто размечая во тьме бивуаки войска, расположившегося осадой вокруг Хмарьевска.

Он шел, а мимо проплывали какие-то припозднившиеся повозки, явно старающиеся избегнуть любопытных глаз городской стражи.

Брели навстречу какие-то смутные личности, как и он сам, наглухо закутанные в плащи, прячущие лица под надвинутыми капюшонами.

Дульф, весьма искушенный в городской топографии, на этот раз назначил местом их тайной встречи самую настоящую дыру.

Кабак «Зубодерский», пользующееся дурной репутацией место встреч охотников, шкуродеров и лихих трофейщиков, располагался на перекрестке дорог.

Вывеска, поскрипывающая на ветру, была обильно украшена рогами, копытами, клешнями и жвалами, снятыми с каких-то неведомых зверей.

На ступенях входа сидели в обнимку, баюкая в руках кружки с настойкой, двое заросших мужиков в меховых куртках и шапках с хвостами. По виду были они из тех безумцев, что ищут счастья в Ледовитых землях. Видать, только недавно из экспедиции, отмечают успешное возвращение. Немудрено, что пьяны вдупель – оттуда, из снегов, возвращаются единицы.

Дульф ждал внутри, среди чада, шума, криков, клубов дыма и стука сдвигаемых кружек. Сегодня он был одет заурядным горожанином – линялый плащ болотного цвета, под ним простая рубаха.

Рядом с ним за столом сидел, являя собой яркий контраст, незнакомый молодой человек нагло-красивой наружности, с напомаженными волосами, обряженный в форменный черно-фиолетовый камзол служителя Городского Совета, а в дополнение к нему – в кружева, шелка и золото.

Несомненно, аристократ, принадлежащий к какому-то влиятельному клану. Едва заметные точки ритуальной татуировки, шедшие от виска к углу глаза, ничуть не портили его блестящей внешности. Напротив, придавали ему шарма.

На рукавах у красавца имелись нашивки, прояснявшие его принадлежность к Хмарьевским Архивам. Святая святых, хранилище древних знаний и загадок, манускриптов и фолиантов, давно забытых магических реактивов и костей вымерших зверей. Сколько тайн они хранят!

– Здравствуй, Дульф, – Северин сел за стол, поглядел на надменного красавца. – И тебе не хворать, красавчик.

– Хорош ли? – осведомился Дульф.

– На себя не похож. Прекрасен просто. Ну, чего молчишь-то? Так проникся своим великолепием, что и говорить тяжело?

– Наслаждаюсь моментом, – ответил Дарьян, нарочито небрежным жестом поправляя напомаженную, тщательно уложенную прическу. – Видел бы ты свое лицо…

– Немного оробел, признаюсь.

– Я прямо чувствую, – продолжал Дарьян. – Что вот это мое. Мне в этом уютно. Век бы не снимал…

– Как с делом разберемся, – негромко сказал Северин, – сможешь наряжаться, как душа пожелает. Хоть в сарафан поверх тулупа, тапочки с помпонами и чугунный горшок вместо шляпы.

– Ну, это уже будет перебор. Тут, понимаешь ли, Север, важно выдержать стиль.

– К делу, – напомнил Северин. – Ты видел его?

– Нет. В Хмарьевске он почти не появляется. Постоянные отлучки, весь в делах.

– Догадываешься, что это за дела? – спросил Дульф.

– Аррет.

Дульф молча кивнул. Вернулся к курению трубки. Лицо его едва виднелось в густых сизых клубах.