Женщина закачалась часто и зашептала что-то, потом воздела руки к потолку. Ее нервное движение повторилось несколько раз. Потом она накрылась платком с головой, захватив часть дыма.

– Я пришла просить предсказание не себе, - проговорила Эл.

Женщина сделал в ее сторону угрожающий жест, заставляя ее замолчать.

– Лаодика не выйдет замуж. Она будет счастлива своей жизнью, но опечалит свою семью, - монотонно сказала женщина.
– Тебе предстоит стать жрицей Астарты. Ты найдешь то, что ищешь, и утратишь, когда палящая звезда взойдет на небо ранним утром далеко отсюда. Ты отдашь его сама и золотая пыль развеется в руке мудрого.

Женщина умолкла.

– И где мне искать?
– вкрадчиво спросила Эл.

– Ты отыщешь это в темноте, в святилище тайны и мраке подземного мира, среди мертвых. Мельзис ему имя, - помолчав, продолжила она.
– Женское начало проще обрести там, где оно утрачено. Тебе.

Женщина опять стала качаться. Эл снова хотела задать вопрос. Опять резкий жест остановил ее.

– Он, - она указала в сторону Дмитрия.
– Несчастный раб своих чувств обретет покой в новой любви, когда увидит смерть так близко, что сможет ее обнять. Это будет там, где положено быть только богам.

Женщина опять закачалась.

– Твой мужчина...

– Не нужно, - оборвала ее Эл и, чтобы остановить процесс, сама схватила женщину за перепачканную сажей руку. Покрывало поднялось и едкий запах ударилв ноздри. Эл не задержала дыхание.

Тут ее тряхнуло до звона в ушах, свело желудок и стало очень жарко. Эл мгновенно взмокла. Последнее, что она могла почувствовать из этой реальности - это капля пота, которая потекла от виска по щеке.

Потом последовала череда видений, резкая и быстрая смена картин, которые невидимая рука листала с бешенной скоростью. Сознание задерживало лишь те из картинок, которые могло быстро связать с той реальностью, которую покинуло. Последнее, что она увидела было бледное лицо Самадина Бхудта, живого, с туманным взглядом темно карих глаз с крупными веками. Его губы шевелились, что-то шепча на том же самом языке, которым говорила прорицательница.

Лицо стало другим. Это был Дмитрий. Он держал ее за виски. В ноздри ударил сильный резкий запах. Над ней склонилось женское лицо, прорицательница. Оно было выпачкано сажей, вьющиеся волосы копной спадали виз, они не были убраны в прическу, а просто распущены. Женщина давала ей что-то понюхать.

– Боги, она очнулась, - проговорила женщина.

Эл, наконец, сообразила, что лежит все там же, в сумерках комнаты, на циновке. Дмитрий осторожно держал ее голову, а женщина приводила ее в чувства.

Эл не стала сопротивляться, когда ей опять вымазали лицо смесью, которая пахла как нефть.

– Это чтобы злой дух не захватил ее душу, - сообщила женщина.

Эл тряхнула головой.

– У тебя был транс, - тут же пояснил Дмитрий, не дожидаясь вопроса, что с ней было.

– И долго?
– спросила она.

– Да. Ты едва дышала.

– В пучке был дурман и что-то из галлюциногенов, - сказала Эл, забыв об осторожности.

Женщина опять принялась ее растирать чем-то, на этот раз ноги.

– Все хорошо, - попыталась остановить ее Эл.

– Дух великой богини посетил твое тело. Ты не сказала Эфроиму, что посвящена, - сказала женщина украдкой.

– О таком не болтают, - поддержала ее заблуждение Эл.

– У тебя договор, - добавила женщина.

– Что?

– Для тех, кто приходит с той стороны звезд, нужен договор. Так сказали боги. Все, кто приходил уже мертвы, кроме одного. Он предался во власть Диониса, потому еще жив. Твой мужчина...

– Нет. Не нужно, - опять остановила ее Эл.
– Не хочу ничего больше знать. Довольно.

– Но ты знаешь, - наставила женщина.

– Не важно.
– Вид у Эл стал грозным.

Женщина отступила.

– Неси ее на воздух. Она теперь все знает сама, - сказала женщина и поднялась на ноги.

Она придерживала занавес, когда Дмитрий выносил Эл из святилища.

Никто из сопровождающих прорицательницу не подал признаков удивления или тревоги, точно так и должно было быть. Увидев перемазанную Елену, один только Эфроим всплеснул руками и попытался помочь, но был оттеснен крепким плечом Деметрия, который положил Елену у водоема и встал рядом.

Женщина тоже вышла на воздух за ними следом. Она задумчиво стояла упираясь запястьем в лоб и старалась отдышаться. Ее шумные вдохи-выдохи нарушали тишину. Она прокашлялась, и велела мальчику собирать вещи. Тот юркнул в святилище.

– Я приказал открыть для вас купальню сообщил Эфроим с прежним почтением.

Женщина покивала, не отрывая руку ото лба.

Дмитрий предположил, что у нее головная боль. Он сам старался дышать редко и не глубоко, пока шло это действо, запах был едким, потом вовсе задержал дыхание, когда дым стал очень густым, а то бы и он рухнул в обморок. Эл сидела слишком близко к чаше.