— Вы всегда такой честный человек, Эльвира?

— Да, — гордо заявила Лиза, и тут же прикусила язык. Ничего себе честный человек. Уже полгода работает под чужим именем, согласилась на фиктивный брак, сидит рядом с собственным мужем и больше всего на свете боится, что он узнает о том, что женат на ней. Интересно, чем кончится сегодняшний вечер. Неужели он просто так уйдет и все. И опять они будут видеться только мельком в конторе? Не может быть.

Но как всегда ее самые худшие опасения оправдались. Когда они подъехали к ее дому, то есть, к дому Эльвиры, Полонский проводил ее до подъезда, вежливо поблагодарил за помощь в работе с клиентами, пожал ей руку и… уехал.

Да, мне попался крепкий орешек, вздохнула Лиза, поднимаясь по лестнице в квартиру подруги. Что ж, теперь нам опять придется что-нибудь придумывать. И бедная Вероника Анатольевна, опять ей из-за меня страдать.

При воспоминании о несчастной Веронике Анатольевне Лиза не выдержала и фыркнула. Настроение ее немного улучшилось. Ничего, так просто она не сдастся и не отступит. Борьба продолжается.

Дмитрий Сергеевич действительно оказался крепким орешком. За всеми этими событиями ничего не последовало. На следующий день, когда он как всегда утром зашел поздороваться со служащими, то всего лишь едва заметно улыбнулся ей. Но уже через день поздоровался с ней как со всеми остальными, и опять все пошло по-прежнему. Когда Лиза рассказывала об их приключениях Эльвире, та с важным видом кивала головой и повторяла:

— Все получилось очень хорошо, просто замечательно. Пережитые трудности сближают, это всем известно.

Но, очевидно, это было известно всем, кроме Полонского, так как ни о каком сближении и речи не шло. Лиза совсем упала духом. Сначала она надеялась, что Эльвира придумает что-нибудь еще, но Эльвире было не до этого. Леша наконец-то уговорил ее завести ребенка, и теперь ее тошнило с утра до вечера.

К тому же ее еще и мучила изжога, и она ничего не могла есть, кроме риса.

— Как я могу выжить на одном рисе? — в отчаянии кричала она. — Я же вам не китаец какой-нибудь.

Леша только виновато вздыхал и уговаривал жену потерпеть, так как скоро это все кончится, зато у них будет сын. С тех пор, как он узнал, что у него будет мальчик, он ходил счастливый, и рот у него сам собой растягивался до ушей каждую минуту. Эльвира же, наоборот, всегда мечтала, о девочке, и теперь считала, что страдает даром. Главное же было то, что она все время плохо себя чувствовала, все ее раздражало, и она ничего не могла придумать толкового.

Подруги часто по вечерам сидели вместе, пока Леша дежурил на работе, и пытались составить какой-нибудь план действий.

— Хорошо бы вам опять попасть вместе в какую-нибудь переделку, — вздыхала Эльвира.

— Конечно, хорошо бы, только вот как это сделать? — саркастически спрашивала разуверившаяся во всем Лиза.

— Может, вы вместе застрянете в лифте? То есть вы зайдете в лифт, а я выключу электричество? — вдруг на мгновение оживлялась Эльвира.

— Да? И как же мы попадем в этот лифт? И на входе стоит охранник, который не позволит ничего выключать. И потом, ты хоть знаешь вообще, как и где там выключают электричество?

Поняв, что сказала глупость, Эльвира замолкала, и они снова погружались в тягостные раздумья.

Вскоре она опять оживлялась.

— А что, если мы наймем какого-нибудь киллера, понарошку, конечно, и тот выстрелит в него холостыми пулями, когда ты будешь поблизости. Но он же не будет знать, что холостыми…

— Ага, и тут я выскочу из кустов и закрою его своим телом. Эльвира, ты, по-моему, совсем рехнулась.

— Можешь не сомневаться. А кто бы на моем месте не рехнулся? — мрачно отвечала Эльвира, сама понимая, что этот вариант не выдерживает никакой критики.

Мать, видя, что Лиза ходит грустная, толковала это по-своему.

Конечно, девочка переживает. Все подруги уже давно замужем. Вон Эльвира ребенка ждет, а она все одна и одна. Она без конца расспрашивала своих подруг, нет ли у них на примете какого-нибудь хорошего парня. Подруги только вздыхали. По нынешним временам хорошие парни смотрят только на богатых невест.

Наконец, однажды одна из маминых подруг прибежала с просветленным лицом и, с загадочным видом поздоровавшись с Лизой, стала усиленно подмигивать ее матери, показывая, что им нужно выйти в кухню. Только полный идиот не заметил бы ее знаков и не понял бы, о чем идет речь. Но Лизе это было абсолютно все равно. Ни в каких хороших женихов она не верила, да и не нужны были они ей. Ей нужен был Полонский, и никто в мире не мог ей помочь.

Когда совещание закончилось, и подруга, в очередной раз загадочно и многозначительно посмотрев на Лизу, ушла, мама стала ходить вокруг нее, не решаясь начать разговор.

— Ну, что там такое случилось? — не выдержала, наконец, Лиза. Все эти переговоры оставили ее совершенно равнодушной, но ей надоело смотреть на мамины муки.

— Лиза, есть хороший парень для тебя, — выпалила та, не умея ничего скрывать.

— Ерунда, — автоматически возразила ей Лиза, не переставая думать о своем. — Никакой хороший парень не будет знакомиться таким способом. Это уж точно такой урод, который никому не нужен.