Он вдруг замолчал, потому что вместе с табакеркой достал кусок какой-то черной ткани. Откуда это у него? И тут Адриан вспомнил, что машинально положил его вместе с ключом, который дал ему незнакомец. Он долго рассматривал ткань, пока Тайтус не спросил:

— Что там, капитан? В чем дело?

Адриан очень медленно повернулся к нему и показал предмет, который держал в руке: черную креповую маску.

— Вот и вся тайна, Тайтус, — тихо проговорил он. — И теперь понятна тревога нашего хозяина — разбойнику необходимо надежное убежище.

Буря исчерпала себя за ночь, и рассвет был ярким и ясным. Пока Тайтус готовил завтрак, капитан Клер вышел из коттеджа и увидел, что лес преобразился. Даже не верилось, что их несчастливое путешествие этой ночью проходило именно здесь. Коттедж стоял в небольшой долине, окруженный деревьями и густым кустарником, к дому вела узкая тропка, по которой они и проехали прошлым вечером. Покрытая толстым слоем соломы крыша сплошь заросла зеленым мхом, а серые стены были увиты плющом. В этом доме вполне могла бы жить ведьма или какая-нибудь пленная принцесса, а не простой разбойник.

Адриан помог Тайтусу поменять повязку на плече раненого, и, насколько он мог судить, за ночь рана не стала хуже, но у мужчины была лихорадка, и ему явно требовалась помощь. И Адриан не стал откладывать дело в долгий ящик.

После завтрака они с Тайтусом вошли в спальню. Разбойник лежал на кровати, на щеках его горел румянец, глаза лихорадочно блестели, но он был в сознании.

— Ну, мой друг, — начал Адриан, — думаю, в последние двенадцать часов мы были полезны друг другу, но теперь пришла пора расстаться. У меня дела, не терпящие отлагательства, и, хотя вы явно нуждаетесь в уходе, мне кажется, вы не захотите, чтобы мы раскрыли другим ваше состояние и местонахождение вашего дома.

Незнакомец настороженно смотрел на него, нахмурив брови.

— Вы говорите странные вещи, сэр, — проговорил он наконец. — Почему вы сделали такое предположение?

— Почему? — Адриан вопросительно приподнял брови. — Потому что, мой друг, я догадываюсь, чем вы занимаетесь, так что не трудитесь это отрицать. Одинокий коттедж, породистая лошадь, маска в кармане указывают только на одно — вы разбойник! Вероятно, вас ранил проезжающий, которого вы хотели ограбить.

Последовало короткое молчание, прерываемое только щебетанием птиц за окном. Слова Адриана, казалось, повисли в воздухе. Мужчина на кровати не шевелился. Его загорелое лицо оставалось невозмутимым. Через некоторое время он глубоко вздохнул и покачал головой.

— Значит, вы догадались? — медленно проговорил он с некоторым сожалением. — Я надеялся, что до этого не дойдет, но раз так… — Он сделал паузу, и из-под одеяла показалась рука, держащая небольшой пистолет. — Это не по мне — отвечать злом на добро, сэр, но человек должен защищать себя.

Тайтус невольно вздрогнул, но Адриан спокойно стоял, глядя на направленное на него оружие с несколько удивленным видом.

— Откуда, черт побери, вы взяли его? — просто спросил он. — Могу поклясться, когда мы перевязывали ваше плечо, у вас его не было.

— Он лежал в сундуке, я вытащил его, когда вы сидели за столом, — признался разбойник. — Не собираюсь отправляться на виселицу, даже не попытавшись спастись.

Адриан взглянул ему в лицо, на этот раз в его взгляде не было удивления. Он твердо сжал губы, а синие глаза загорелись холодным гневом.

— Какая глупость, мой друг, да еще и наглость, — сказал он презрительно. — Не в моих правилах пользоваться гостеприимством хозяина, а затем отдавать его в руки палача, но, если бы до этого дошло, я бы заранее предупредил его о своих намерениях. Ни я, ни мой слуга ничего не сообщим о вас. Даю вам свое слово!

Разбойник ничего не ответил, он просто смотрел на него из-под нахмуренных бровей, не опуская пистолета. Адриан продолжал:

— Чего вы этим добьетесь? Вы можете убить меня, но мой слуга обезоружит вас раньше, чем вы успеете перезарядить пистолет. Чтобы убить нас обоих, вам нужно было сначала разделить нас и иметь дело с каждым по очереди. Даю слово, мы не причиним вам вреда. Опустите пистолет!

Последние слова он произнес слегка изменившимся голосом, голосом человека, привыкшего к повиновению, и раненый невольно повиновался ему: рука, державшая пистолет, опустилась.

— Вы правы, сэр, — тихо сказал он. — Я в ваших руках и хорошо понимаю это. Если бы не вы и не мастерство вашего человека, я бы валялся мертвым в лесу.

— Мы спасли вам жизнь не для того, чтобы сразу же отнять ее, — ответил Адриан более веселым тоном, — поэтому будьте спокойны на этот счет. Если вас выследят власти, то они сделают это без нашей помощи. Так ведь, Тайтус?