Анна не верила тому, что видела собственными глазами. Даже испугалась. А потом вдруг поняла – для всего имеется логическое объяснение. Если часы в приемной шефа идут, значит, ее собственные часы спешили. Хотя она была уверена, что это не так. Но ведь иного объяснения не было…

И тут она вспомнила, что именно сказала, обращаясь к ней, секретарша шефа, когда она, запыхавшаяся и взмыленная, возникла на пороге «святая святых».

Вы крайне пунктуальны!

Обратилась бы эта особа с подобными словами к ней, если бы она в действительности опоздала примерно на полчаса? Да ни за что! Она бы точно сделала ей замечание! Но вместо этого секретарша только заметила, что Анна была крайне пунктуальной. И это не было саркастическое замечание, это была вполне стандартная фраза.

Аня не знала, что и думать. Тут в голову снова пришло воспоминание со старинной комнатой со шторой и купидоном на потолке. Чудеса в решете, да и только! Нет, психиатр ей точно не требуется, вероятнее всего – отпуск…

Тут секретарша шефа милостиво произнесла:

– Прошу вас, Анна Игоревна, Всеволод Романович ждет вас!

Оказавшись около стола секретарши, Анна все же не смогла не спросить:

– Я ведь точно не опоздала?

Секретарша изумленно посмотрела на нее и заметила:

– Об этом вам точно не стоит беспокоиться! Вы сказали, что придете через десять минут, а пришли через восемь. Люблю таких сотрудников! А то некоторые заставляют себя ждать и крадут тем самым драгоценное время Всеволода Романовича! Так давайте же этим не заниматься!

Она указала на стеклянную дверь, и Анна, поняв намек более не задавать ненужных вопросов, двинулась вперед. Когда она дотронулась до ручки, на мгновение ей показалось, что свет за стеклянной дверью в кабинете шефа померк. Господи, и что это с ней такое сегодня творится?

Более всего она боялась, что дверь вдруг не откроется и она, как последняя идиотка, будет дергать ее то в одну сторону, то в другую, а подоспевшая на помощь секретарша откроет ее безо всяких проблем.

Но дверь распахнулась еще до того, как Анна нажала на ручку, – открыл ее изнутри сам шеф, владелец аукционного дома «Комильфо» Всеволод Романович Дудин.

– Доброе утро, Анна Игоревна! Спасибо, что смогли заглянуть ко мне!

Оказавшись в кресле, Анна осторожно осмотрела кабинет шефа. Все было выдержано в стильных серых, жемчужных и бирюзовых тонах. Прямо за спиной шефа пламенела диковинная картина – шедевр одного из ранних советских кубистов. На противоположной стене – несколько редких и чрезвычайно ценных икон.

– Что будете пить? – произнес шеф, и Аня промямлила, что неплохо бы кофе с молоком.

Ее заказ появился меньше чем через пару минут – Анна не знала, как секретарша за столь короткий промежуток времени могла приготовить и сервировать дымящийся напиток. Всеволод Романович ограничился бокалом сока.

– Наверняка вы задаетесь вопросом, почему я вызвал вас к себе! – заметил Дудин с мягкой усмешкой. – Вы требуетесь мне в качестве эксперта. А также в качестве детектива. Ведь то, что вы сотворили в деле Матильды Вербицкой, было просто сверхъестественно…

Анна и думать забыла об этом деле. Впрочем, ничего особенного тогда не произошло – дряхлая супруга известного питерского коллекционера скончалась, что было неудивительно: ведь даме было уже за девяносто. А вся ее огромная квартира на Невском проспекте была забита шедеврами живописи западного искусства, были там и Тициан, и Боттичелли, и даже Леонардо да Винчи. Только, как были уверены многие эксперты, это были работы не самих мэтров, а их учеников. Но даже в этом случае коллекция, которую начал собирать еще дед мужа покойной хозяйки, стоила многие миллионы.

Анна входила тогда в команду экспертов, проводивших первую экспертизу коллекции. И именно ей бросилось в глаза странное поведение наследника, внучатого племянника старушки, и его деловитой жены. А также исчезновение трех наиболее ценных полотен.

Она провела небольшое расследование – и, надо же, обнаружилось, что полотна были готовы к отправке за рубеж, причем контрабандным способом. А затем выяснилось, что Матильда умерла не своей смертью: хоть ей и было за девяносто, кто-то удушил несчастную вдову коллекционера. Видимо, надоело ждать.

Но дело было не в этом – внучатый племянник был в долгах как в шелках, и ему грозили очень солидные неприятности со стороны представителей криминального мира, если бы он в течение пары недель не отдал огромный долг. Поэтому он и разработал нехитрую комбинацию – отправил на тот свет Матильду, представив это как естественную кончину, забрал три полотна и готовился вступить в права наследства.

Никто, и даже врачи не сомневались в том, что старушка умерла от естественных причин, и если бы не Анна, то внучатому племяннику и его жадной женушке все бы сошло с рук. А вместо этого они не только не получили наследства, но еще и оказались под следствием, а в итоге – на долгие годы в местах не столь отдаленных.