Шрифт:
— Ну, перестаньте, дался он вам… Кстати, я ведь вам еще не сказала, кто я. Нина Соловьева, работаю пионервожатой.
— Очень приятно. А скажите, Нина, телефон тут есть?
— Нет, телефон только на почте. Завтра позвонить в Энск, сказать, чтобы прислали за вами машину?
— Ну, зачем же завтра? — раздосадованно сказал Левашов. — Денька три у вас все равно надо побыть. Приехать в такую даль и сразу же уезжать… Познакомлюсь со школой, с пионерами, расскажу им про наш журнал.
— Вот и отлично, — согласилась Нина. — А мы покажем вам школу, наш музей боевой славы. Расскажем еще кое о чем. Ведь и мы не сидим тут сложа ноги, как говорит наш Коля. Они с Андреем, да такая Таня Артюхова — первые мои помощники. Завтра всех увидите!
— Да, да, конечно, — сказал Левашов. — Считайте, что устроили меня отлично. Знаете, какую телеграмму мне хочется послать в редакцию: «Полный провал запятая самолет исчез Бермудском треугольнике точка». Но шутить с нашим главным нельзя… Прощайте! До завтра!
И Виктор Петрович остался один, грустно размышляя, какой эффект возымела бы его телеграмма. Он не сказал Нине, что главный редактор люто ненавидел всяческие истории о снежных людях, лохнесских чудовищах и Бермудском треугольнике.
— Чудо — это сам человек и изобретенная им застежка-«молния», — любил говорить он.
Расстелив на диване принесенное Ниной постельное белье, Виктор Петрович укрылся байковым солдатским одеяльцем, отвернулся к стенке и сразу заснул.
4
Проснулся он оттого, что в дверь осторожно стучали.
— Да, да! — громко крикнул Виктор Петрович. — Входите. Не заперто! О, какое уже яркое солнце!
— Доброе утро! Нас Нина Михайловна послала… — Коля и Андрей стояли в дверях, переглядываясь и переминаясь с ноги на ногу. Лица их сияли, было видно, что они получили какое-то поручение, гордятся им и рвутся выполнить.
— Утро действительно доброе, — весело ответил Виктор Петрович. — А сама она где? Ловит разбежавшихся школьных кроликов? Или кроликов вы здесь не выращиваете?
— Почему? — сказал Андрей. — Младшие классы выращивают. Нина Михайловна в сельсовет побежала за краской. К сентябрю школу ведь надо готовить. А нам она велела…
— Ну да, — перебил Коля, — так и сказала: «Сопровождайте его по музею».
— Понятно. Будете вроде гидов, которые водят иностранцев по Эрмитажу. У вас в музее тоже тысяча пятьсот комнат?
— Да нет, — застеснялся Коля, — одна. А что, в Эрмитаже тысяча пятьсот?
— Не считая чуланов, где хранятся мягкие тапочки для посетителей. Ну что ж, пошли? Только дайте мне умыться…
— Ага… У нас музей маленький. Сами увидите.
Они поднялись на второй этаж, и ребята, открыв замок, впустили Левашова в небольшую угловую комнатку, стены которой были увешаны полками с разложенными на них железками, плакатами и рисунками.
— Ого! — вежливо сказал Левашов, оглядывая комнату. — Настоящий музей, даже «Максим» есть.
На полу стоял, любовно очищенный от ржавчины и смазанный маслом, станковый пулемет с погнутым и пробитым щитом.
— На запруде откопали, возле старой мельницы, — Андрей погладил кривые, без деревянных накладок рукоятки: — Так прямо с пулеметной лентой и лежал. У нас в гражданскую тоже бои были.
— Так… Посмотрим теперь, как представлена у вас Отечественная война. Вижу винтовку. Наша. Штык — тоже наш… А вот автомат — немецкий.
— Шмайссер, — пояснил Андрей. — Это пуговицы. Тут — значки… Осколки от мины… Унитарный патрон, калибр 20 миллиметров.
— А вон какая медаль, — показал Коля. — «За обморожение». Досталось фашистам в России. Нечего лезть, правда?
— Танковая рация на пружинах. Это чтобы лампы не побились, — объяснил Андрей.
— Надо же! И все-то ты знаешь… Так, так… А это, полагаю, ствол от винтовки. Ишь как заржавел!
— Ага. Мы его с Колькой в болоте нашли. Там, где…
Тут Николай толкнул Андрея в бок.
— А это что за карта?
На стене висела неумело нарисованная, но очень выразительная и детальная карта. Выразительная, потому что на ней были и Старый Бор, и дорога и леса вокруг, и большое пространство, покрытое синими черточками, поверх которых было в нескольких местах написано: «Болото», а в центре — красный круг, или скорее, овал, в котором была тоже надпись: «Партизаны».