— Хорошо. Но недолго.

Пока Дженни и Энди, подойдя к изгороди, пытались подозвать жеребят, Ринна смотрела на дорожку, где Трэвис и Дэвид работали со Стальным Кинжалом. Трэвис, очевидно, не подозревал о ее присутствии, но она его прекрасно видела. Издали она наблюдала, как он седлает коня, и живо представляла, как поглаживанием сильных рук и мягкими возгласами старается успокоить норовистое животное.

Жеребята не обращали на ребят никакого внимания, им это надоело, и они побежали к сараю посмотреть на недавно родившихся котят, Ринна пошла за ними. Вдруг Дженни заметила появившегося изза небольшого холма Трэвиса, идущего в их направлении.

— Дядя Трэвис! Дядя Трэвис! — крикнула она и бросилась ему навстречу, а Энди следом.

Трэвис с улыбкой сгреб малышей в охапку и поднял их на руки.

— Что вы оба здесь делаете? Разве вы не должны заниматься?

— Я не должен заниматься уроками, — ответил Энди. — Это Дженни надо делать уроки.

— Нет, не надо, — возразила Дженни. — Я буду подружкой невесты на свадьбе.

— Ага, а еще вы будете моим папой, — добавил Энди.

— Да, Энди, это так, — мрачно сказал Трэвис. — Ты этого хочешь?

— Еще бы! — воскликнул мальчуган, прильнув к нему и обнимая ручонками за шею. — Конечно. Мы сможем вместе ловить рыбу.

Трэвис засмеялся и опустил детей на землю.

— Если только ты пообещаешь не провалиться в пруд.

— Я не провалюсь, — заверил Энди.

— Хоть бы ты сам куданибудь провалился, — пробормотала себе под нос Ринна. И тут же поняла, что Трэвис слышал ее. Она почувствовала себя виноватой. Зачем она это сказала? Не в ее привычках говорить гадости.

Трэвис с удивлением посмотрел на нее и нахмурился.

— Еще раз доброе утро, любовь моя. Ты скучала по мне?

— Нет, конечно, — бросила ему Ринна, все еще испытывая стыд за свои слова. Почему этому человеку так легко удается вызывать у нее раздражение?

— Правда? — Он с беспечным видом облокотился на изгородь и стал внимательно наблюдать за ней. — Должно быть, мне показалось. Наверняка ты хоть немного да скучала?

— Ни капли, — упорствовала Ринна, удивляясь себе самой: зачем она принимает участие в этом смехотворном обмене колкостями? Ведь ясно, что он дразнит ее. Она заглянула ему в глаза и улыбнулась. — Едва ли ты дал мне основания скучать по тебе. По правде говоря, мне доставит больше удовольствия держаться от тебя подальше.

— Даже так?! — Трэвис оттолкнулся от изгороди, и в его глазах заиграли странные огоньки. — Еще один вызов, Ринна? Полагаю, мне пора исправлять положение.

Прежде чем она успела понять, что он задумал, Трэвис заключил ее в объятия и начал целовать. Его губы настойчиво и требовательно искали ее губы, и когда он еще теснее прижал ее к себе, Ринна вдруг почувствовала, как ее тело стало наполняться теплом. Она быстро оттолкнула его от себя. С раздражением она почувствовала, что дрожит. Зачем он это сделал? Нет нужды разыгрывать этот спектакль перед детьми.

— Ого! — воскликнул Энди. — Ребята, вы теперь все время будете заниматься этими глупостями?

От замечания сына Ринна еще больше смутилась. Энди и Дженни начали хихикать, и она почувствовала, как краснеет.

— Они влюблены, — тоном, не допускающим возражений, заявила Дженни. — Они должны это делать.

— Ведь это просто отвратительно, верно, Энди? — послышался голос появившегося перед ними Дэвида. Он улыбался, в руках у него была уздечка.

— Точно, — согласился Энди.

— Когданибудь, молодой человек, вы откажетесь от своего утверждения. — Трэвис приблизился к Ринне. Его рука обвила ее талию, он улыбнулся ей. — Не правда, ли, дорогая?

— Да, — ответила Ринна, заставляя себя улыбнуться ему в ответ. Все это граничит с бредом. Она должна взять себя в руки. Трэвис намеренно пытается вывести ее из себя. И он преуспел в этом. Никому, кроме него, еще никогда не удавалось заставить ее терять голову. Потомуто ее ответная реакция на его объятия испугала ее. Она никак не ожидала, что он начнет целовать ее, он застал ее врасплох. Иначе как объяснить, что у нее по спине вдруг побежали мурашки, а сердце стало бешено колотиться? Так всегда бывает от неожиданности. Как ей выдержать оставшиеся до свадьбы дни? И что еще важнее — как она собирается выдержать несколько месяцев замужества?

В пятницу на рассвете солнце светило нестерпимо ярко. Уж лучше бы разразилась гроза, подумала Ринна, раздвинув занавески на окнах своей спальни. По крайней мере, это больше бы соответствовало ее мрачному настроению. Настало время расплатиться за все, и это ее пугало. Всю неделю ее эмоции были подобны качающемуся маятнику: то ее охватывала дикая ярость, то она чувствовала странное умиротворение. Трэвис на людях держал себя так, будто они безумно влюблены друг в друга, наедине с ней он становился грубым и язвительным. Это смущало и выводило ее из себя. Она не знала, как вести себя, что отвечать ему.