Шрифт:
— Шон!
Окрик послышался за моей спиной — голос не донесся из наушников интеркома и не прозвучал у меня в голове. Я с трудом поборол искушение обернуться — это был бы фатальный шаг на поле сражения. Пустив пару пуль в очередного мертвяка, бросившегося ко мне, я прокричал:
— Что?
— Мы у джипа! Можешь отступить?
Надо подумать.
— Вопрос, конечно, интересный, Бекс! — заорал я. Прицел, огонь. Снова прицел. — Позади меня кто-нибудь есть? И что, черт побери, случилось с клаксоном?
— Не шевелись!
— Понял!
Я снова выстрелил. Еще один зомби рухнул на землю. А позади меня начался сущий ад. Не в буквальном смысле слова, но от грохота выстрелов штурмовой винтовки такое запросто может показаться. Вероятно, Бекс нашла под сиденьем не только патроны. Нам с Дейвом предстоит долгий разговор насчет того, какой арсенал должен иметься в моем распоряжении перед выходом в поле.
— Чисто!
— Отлично!
От воплей у меня саднило горло. Я обвел взглядом зараженных, остававшихся передо мной. Ни один из них не показался мне достаточно бодрым — стало быть реальная угроза миновала. Поэтому я сделал именно то, чего категорически нельзя делать в полевых условиях — особенно если имеется хоть какой-то выбор.
Я рискнул.
Я повернулся к толпе зомби спиной и побежал к джипу, по пути угощая разрядами из электрошокера всех, кто был способен пошевелиться. Бекс расположилась на заднем сиденье и перекрывала огнем весь периметр, а Аларих скрючился впереди с явно контуженным видом.
Меня никто не успел схватить, и спустя несколько секунд я ухватился за оголенную раму и плюхнулся на водительское сиденье. Я не стал пристегиваться, а сразу нажал на газ. Мы с ревом помчались прочь, оставив позади стонущие остатки толпы зомби из Бердз-Лэндинга.
Калифорния — очаровательное место для жизни. Благодаря разнообразию рельефа и наличию зон с особым микроклиматом здесь можно найти все что угодно — от холмистой тундры до тропического леса. В общем, Калифорния прямо-таки создана для проведения практических исследований, связанных с зомби и их «привычками» в любой климатической зоне. У нас — самая большая протяженность линий метро, проложенных вблизи от ряда округов, которые легально объявлены нежилыми. Целый штат словно страдает множественным расстройством личности.
Порой я думаю о том, чтобы перебраться в Нью-Йорк или Вашингтон, где по-настоящему ценятся новости и не слишком много серьезных вспышек инфекции. Но в таком случае Шон бы ужасно огорчился: ведь ему бы пришлось поехать со мной. Он всегда будет следовать за мной, а я — за ним. Но это и означает — быть вместе, верно?
Никто из нас не должен быть одинок. Никогда.
Из «Открыток со Стены», неопубликованные файлы Джорджии Мейсон, впервые размещены в Сети 9 января 2041 года.Итак, Бекс и Аларих сегодня, что называется, вляпались. Им пришлось составлять посекундный неотредактированный отчет, проверять новостной статус Алариха. И они должны быть готовыми к тому, что на них обрушатся тонны «взрослой» лексики. Оказывается, Алу уже знакомы некоторые из этих терминов. Надо же, а я и понятия не имел! Наш малыш подрастает.
Между тем приключение Бекс и Алариха никого особо не удивило. Тогда откуда весь сыр-бор? Оттуда же, что наш Господин и Повелитель Шон, он же — Босс, Шон Мейсон. Он триумфально вернулся в зараженную зону, чтобы спасти жизни Бекс и Алариха. И, должен признаться, зрелище оказалось завораживающим…
Было так здорово, что я, пожалуй, даже слов не найду, чтобы это описать. А ведь я словами себе на жизнь зарабатываю. Возможно, нам удастся прийти в себя после прошлогодних передряг. И мы выживем.
И кто знает, может, у нас все будет хорошо.
Из блога Дейва Новаковского «Электрическое антитело», 12 апреля 2041 года.Два
Я затормозил перед микроавтобусом. Лишь тогда я оглянулся и внимательно осмотрел Бекс и Алариха — нет ли у них ран или крови. Одежда оказалась перепачкана, но следов крови я нигде не заметил.
— Кого-нибудь из вас укусили?
— Нет, — ответила Бекс.
Аларих только головой покачал. Бедняга до сих пор выглядел так, будто его сейчас стошнит.
— Царапины есть?
Терпеть не могу данную часть работы. Пока Джорджия была жива, первичный осмотр всегда делала она. У меня вообще не возникало жгучего желания допытываться у ребят насчет каких-либо травм, а она меня не заставляла. Теперь я — начальник, и проблема эта — исключительно моя головная боль.
— Нет.
— Нету.
— Ладно. — Я перегнулся через Алариха, открыл бардачок и вытащил оттуда три прибора для анализа крови. — Надеюсь, вы все понимаете.
— Красота… — поморщился Аларих. — Кровопролитие. А я уж подумал, что на сегодня с меня хватит.
— Прекрати ныть и проткни палец, — приказал я, протянув Алариху и Бекс небольшие пластиковые коробочки.
Если не считать стонов и ворчания из-за уколов, следует отдать должное этим устройствам. Они представляют собой потрясающее техническое достижение и с каждым годом становятся все совершеннее. Приборчики, которые я раздал своим спутникам, были просто загляденье. В десять раз чувствительнее приспособлений, которыми мы с Джорджией пользовались до того момента, как дали согласие участвовать в президентской кампании Римана. Кстати, тогда он еще был сенатором. Мы с сестрой получили доступ к гораздо более продвинутому оборудованию. Всего лишь один легкий укол пальца и — хоп — остальное брали на себя датчики одноразового анализатора. Они исследовали нашу кровь в поисках активных тел вируса — сигналов необратимого каскада событий, ведущих к размножению зараженных клеток и зомбификации человека.
Анализы крови — часть повседневной жизни, особенно если вы собираетесь на полевую работу. С годами большинство из нас стали относиться к этому гораздо спокойнее, что вызывает у меня искреннее удивление. Ведь плохой результат анализа означает смерть. Никаких вам переговоров и пересдачи экзамена. По идее, следовало бы сильнее волноваться за свою жизнь. Думаю, люди научились легко выбрасывать из головы мысли о возможных последствиях. Наверняка теперь они могут спокойно спать по ночам.
Хотя и мне такой способ чертовски помогает.