«Отрок! Не примет бог отрока в царство свое! Грех великий!»
Болью задрожала каждая частица внутри Данилы.
– Э-эх, жизнь горькая! – со стоном выдохнул он из себя. – Да за что же ты, господи, наказываешь? Чем я прогневал тебя?..
Шатаясь на ногах, он пересек церковную площадь. И было такое чувство, что злая и неумолимая хищная птица кружит над ним и не дает ему ни света, ни радости, ни покоя.
– Э-эх, доля проклятая! Хоть сам ложись в гроб да помирай!..
И вместе с тоской где-то в далеких тайниках сердца загоралось новое неизведанное чувство гнева ко всему, что делает его жизнь такой темной, безрадостной и несправедливо обиженной. И зарождалась глухая вражда и дерзость.Но против кого эта вражда, Данила еще не мог дать себе отчета……
