Пошатываясь, Лотар поднялся на ноги.

– Ну что?

– Он оказался крепче, чем я думал, он выдержал, – просипел бледный от усталости Сухмет. – Теперь все в порядке, он – наш. И мы вырвали эту штуку… – Старик быстро оглянулся на Лотара: – Должен сказать, ты действовал очень решительно, господин мой, я даже думал, что ты убьешь его своими рывками. Но ты был прав – сделать это следовало быстро.

– Что сделать? – спросил Рубос.

– Не важно. – Лотар подошел к затихшему Сансу и спросил: – Он еще в трансе?

Сухмет привычно кивнул, как благовоспитанный восточник. Лотар в который раз подумал, что так двигают шеей гуси или утки, когда волнуются.

– Транс теперь – не проблема. Вот тот гнойник был действительно проблемой. Он был очень низовым, практически на базовом уровне.

– О чем вы говорите? – снова спросил Рубос.

Лотар посмотрел на Бостапарта и вдруг догадался, что мальчишке тоже кое-что стало понятно. Он был там, в подсознании Санса, хотя, конечно, и не в такой явной форме, как Лотар. Неужели Сухмет и его использовал?

Санс вдруг сел на траву и вытер рукавом губы.

– Ох, ну и мерзкое же дело. Если бы можно было иначе…

– Иначе нельзя, – твердо сказал Сухмет и вдруг щелкнул лейтенанта по лбу. – Слушай и повинуйся.

– Я готов, – ответил Санс неживым голосом. Это был голос куклы, нежити, послушного и безвольного орудия.

– Найди то, что заставляло тебя страдать.

Санс поднялся и механическими шагами, не воспринимающими никакой неровности земли, пошел к замку КамЛут. Лотар хотел было остановить его, поправить, но мешать Сухмету было нельзя. Они двинулись следом.

За ними тронулись остальные – Джимескин, Шивилек, Афис КамЛут, даже кто-то из жителей долины.

Процессия дотащилась до стены замка, и тут Санс принялся царапать стену, стараясь не то влезть на нее, не то пройти сквозь огромные, толстые блоки, как иногда во сне это удавалось Лотару.

– М-да, – задумчиво пробормотал Сухмет, – пожалуй, у него слишком сильная программа. Сейчас мы ее ослабим.

Он подкрался к Сансу сзади, снова щелкнул его, на этот раз по затылку, и громко произнес:

– Ищи предмет, не следуй по направлению. Думай, используй, что знаешь.

Долгое-долгое мгновение Лотар чувствовал, что мозги лейтенанта проворачиваются в голове, как ржавый шарнир, а когда он остановил головокружение, стало ясно, что все известное о замке КамЛут было теперь внедрено в сознание Санса, но таким быстрым и жестоким способом, что Лотар мог только понадеяться, что никогда не испытает этого впредь.

Потом Санс повернулся и пошел к воротам. Их пропустили беспрепятственно.

От ворот Санс шагнул влево, миновал две или три низенькие дверцы, скользнул в какую-то калиточку и вдруг оказался во внутреннем дворе, где продолжалась неспешная стройка.

Здесь он остановился и простоял, как столб, минуту, вторую, третью… Через четверть часа кое-кто из тех, кто следовал за ними, стал проявлять нетерпение. Сухмет грозно посмотрел на них, а затем на Афиса. Тот понял и грубовато выгнал всех лишних из дворика, чтобы они не мешали.

На месте остались только Санс, Сухмет, Лотар, Рубос, Бостапарт и сам хозяин замка. Внезапно Рубос отошел в сторонку и подобрал огромную кованую кирку, которой, как тараном, можно сокрушить и камень, и дерево, и все на свете.

Санс, словно только этого и ждал, подошел к квадратной, непонятно для чего сделанной башне и стал опускаться вниз, в сырое, низкое подземелье. Шаги здесь звучали глухо, как в комнате, набитой коврами и тюфяками. Лотар сразу вспомнил, как меняются звуки во всех местах, связанных с магией.

Словно в подтверждение, Афис что-то проговорил, но Лотар не разобрал ни слова, хотя находился от него шагах в трех, не больше. И когда они уже прошли футов двадцать, словно издалека долетело:

– Эту перестройку затеял еще мой дед. Я только поддерживаю семейную традицию.

Лотар оглянулся. Губы Афиса были снова плотно сжаты, он молчал. Лотар услышал слова, сказанные ранее.

Внезапно Санс опустился на колени перед грубой кладкой и стал хныкать, как маленький ребенок. Сухмет метнулся к нему, щелчком вывел смертельно уставшего лейтенанта из транса и отвел его в сторону. Ему помогал Бост.

– Не понимаю, – спросил Рубос, – что дальше?

– Нужно ломать эту стену.

– Ломать? – Афис очень удивился. – Эту стену сложили почти полсотни лет назад… Да и не удастся нам ее сломать, она толщиной в сорок футов, не меньше.