Человек кивнул:

– Спасибо.

Он начал отворачиваться, чтобы уйти, но девушка вдруг окликнула его:

– Подождите…

– Да?

Человек был рад, что его остановили. Он тоже чувствовал себя неловко, как и она, стоя под остывающим матовым небом в окружении могильных камней.

– Не думаю, что вам стоит идти туда, – девушка тщательно подбирала слова, но они всё равно выходили с трудом. – Этот город, Сайлент Хилл… с ним что-то не так.

Она с горечью осознавала, что выглядит полной дурой, говоря такое, но молчать не могла. Она должна была предупредить странного человека в зелёной куртке. Тот немного помолчал, потом спросил:

– Это может быть опасным?

– Может быть, – она искренне обрадовалась, что он внял её словам. – Этот туман какой-то странный… вы не чувствуете?

Мужчина настороженно огляделся. Ветер гонял клубы тумана туда-сюда, заставляя их перетекать с места на место. Капли воды, распыленные в воздухе, мягко блестели, переливаясь на лету. Туман действительно был необычный – слишком плотный, слишком белый, слишком влажный.

– Хорошо, – сказал он. – Я понял.

И отвернулся от неё во второй раз.

Он не поверил. Девушку охватило отчаяние.

– Я не лгу! – почти выкрикнула она ему в спину. Мужчина не вздрогнул, не побежал. Он остановился, обернулся и посмотрел прямо на её лицо, и она увидела, какие у него мешки под глазами, и какой измождённый вид:

– Я верю тебе. Но мне всё равно, опасно там или нет.

Он сделал шаг обратно к ней, глядя куда-то вдаль, на горизонт, где свистел ветер. Возможно, искал там что-то успокаивающее, но белесая дымка ограничивала видимость пятью короткими шагами. Девушка осторожно спросила:

– Почему?

– Я кое-кого ищу, – мужчина продолжал отводить от неё взгляд, будто боялся или стеснялся. – Кого-то очень важного для меня.

Девушке вдруг показалось, что у него задрожала нижняя губа.

– Я бы всё отдал, лишь бы встретиться с ней…

– Я тоже ищу, – призналась девушка после недолгого молчания. – Ищу свою маму… то есть мать, – встрепенулась она, увидев, как кивнул мужчина. – Мы давно с ней не виделись. Я ещё хотела найти здесь отца и брата, но их нет…

Она увидела, как взгляд собеседника стал отрешённым, и чуточку обиженно бросила:

– Хотя, наверное, тебе всё равно.

– Нет-нет, – человек протестующе поднял руку. – Мне не всё равно. Надеюсь, тебе удастся найти их.

«Врёт», – презрительно подумала девушка. И он это тоже понял. Тяжело вздохнул и сказал:

– Ладно, я пойду… Будь осторожна.

– Ты тоже, – напутствовала она. Потом стояла и смотрела, как мужчина, не оглядываясь, идёт к противоположному концу кладбища. Вскоре он перестал быть виден – его сокрыл туман. Девушка услышала, как вновь скрипнули ворота ограды, на этот раз с другой стороны. Она присела и снова уставилась на безымянную могилу, но улыбка не вернулась на её уста.

Чем-то она его напугала. Да так, что этот человек убежал чуть ли не бегом. Тяжело было это осознавать, но это так. Он испугался вовсе не её слов о городе, а её саму. Как и тот водитель, который наотрез отказался везти её до линии города, ограничившись тремя милями. Анжела Ороско, персональный антимагнит. Девушка горько усмехнулась, встала и посмотрела назад, туда, где над оградой покачивались выцветающие кроны.

– Мама… – прошептала она едва слышно.

Когда Анжела ступила на потрескавшийся асфальт пригородной улицы, день уже приблизился к своему апофеозу. Солнца не было, но краски вокруг стали ярче, насыщеннее, даже туман выглядел теперь не тусклой ватой, а чем-то живым, с самостоятельным дыханием. В воздухе стало теплее.

Она посмотрела на узкую улицу, которая тянулась вдаль. Ни одного человека. Ни одной машины. Все ушли… Она знала, что так город и будет выглядеть. Мёртвый приют, покинутый своим содержимым. Как кокон, который остаётся лежать и сохнуть, когда гусеница вылезает из него.

Всё изменилось. Анжела пошла вперёд, оглядываясь по сторонам. Теперь она не спешила… что-то внутри неё оборвалось, когда она увидела эти дома с разбитыми стёклами, эти почерневшие машины, припаркованные на обочине. Большинство машин покрылись пылью – их просто забыли. Поставили на ручник и забыли.

Сайлент Хилл. Город её детства. Сонное такое поселение, которое ничему не удивлялось и вечно находилось в блаженной полудреме. И так от рассвета до заката – машины лениво ползли по улицам, люди не менее лениво ходили из дома на работу и обратно. Когда она жила здесь, в городе ещё не настали золотые деньки – о Сайлент Хилле как туристическом диве не знал никто. И вот теперь…