Бролль немедленно расписался в собственном бессилии и предпринял отчаянную попытку забраться на забор. Однако, добротно смазанные салом руки скользили по штакетнику, как кусок мыла по мокрой ванне. Отчаявшись взять высоту, он снова пустился в бега, с фантастической резвостью перебирая своими длинными, как у цапли ногами.

– Как думаешь, догонит? – поинтересовалась ведьма Агнесс, уютно устроившись на крыше сарая.

– Как пить дать, – ведьма Берта, воспользовавшись незапланированной паузой, пыталась раскурить свою неизменную трубку.

Хромой Сэм пришел наконец в себя от изумления, встал на ноги, и, заметив испачканные волшебной мазью, на поверку оказавшейся простой горчицей, руки Фога и Инси-лая, дал по затылку потерявшим бдительность злоумышленникам. Потом завхоз-библиотекарь быстро прочитал заклинание укрощения, и спектакль скоропостижно закончился.

Через полчаса зрители и ученики снова собрались во дворе. Танита, посовещавшись с преподавателями, решила первую часть зачета перенести на неопределенное будущее и распорядилась сразу перейти к полетам. Так что девочки пришли с метлами. Когда все уже были готовы начинать, появился Сэм, занимавшийся разводом животных, и наябедничал Таните про горчицу. Решив не портить гостям праздник, директриса по-тихому сослала Инсилая и Фога в сарай с инвентарем, пообещав собственноручно устроить им на сон грядущий превосходный горчичник во весь рост. Потом праздник продолжился.

После конфуза с Броллем от жеребьевки решили отказаться, и индивидуальные выступления заменили синхронными полетами. Зрители заняли места поудобнее, девочки лихорадочно вцепились в метлы, ожидая сигнала Таниты. Первой неладное почувствовала Илка. Девочка очень любила полеты, и предчувствие радости всегда переполняло ее всякий раз, когда до взлета оставались считанные секунды. Сейчас – радости не было, была тревога и неуверенность. Даже метла в ее руке вела себя как-то странно. Точнее, нет, не вела, а пахла. Просто воняла какой-то гадостью, то ли протухшим завтраком, то ли противопривиденческим порошком. Илка брезгливо отодвинула от себя помело и постаралась не дышать. Танита подала сигнал, и тринадцать юных ведьм аккуратным овалом воспарили над школьным двором. Вверх-вниз, вверх-вниз, они начали перестраиваться в шахматном порядке, как вдруг Милли, самая маленькая из девочек, соскользнула на землю и, недоуменно уставилась на свои руки. Ее метла, избавившись от всадницы, взмыла в небо и завертелась там, как заблудившийся бумеранг.

– Ох, – только и молвила Танита, недоумевая, почему одна из ее лучших учениц допустила такую досадную оплошность.

– Какая гадость! – завопила Милли, обнаружив, что ее ладони и юбка измазаны топленым свиным жиром. – Кто брал мою метлу?!

Ответить ей не успели, так как уже через пару секунд на землю упали еще две участницы синхронного полета. Им повезло чуть меньше, в отличие от Милли они уже успели набрать некоторую высоту, и дело кончилось разбитыми коленками и разорванными юбками.

– Все вниз! – не растерявшись, скомандовала Танита, лихорадочно соображая, кто устроил сегодняшнюю заваруху: Инсилай, Фог или кто-то не загаданный. – Метлу сюда, живо.

Пока директриса разбиралась во внутришкольных проблемах, а девочки пытались отчиститься от какой-то гадости, перемазавшей их руки и подолы юбок, зрители начали тихо роптать и посмеиваться. Бролль едва сдерживал ликование. Илка, убедившись, что ей никто не интересуется, прокралась к сараю, разузнать, что с Инсилаем.

– Что у вас там? – прошипел из сарая Фог. – Почему все шумят?

– Не знаю, – честно призналась Илка, – все полеты сорвались. Где Инсилай?

– Где-то на чердаке возится, а что, полеты тоже он сорвал?

– Откуда я знаю, – огрызнулась Илка, – позови его. Ух и всыплет ему Танита, по самые пятки, если дознается, – вздохнул Фог, – сейчас позову.

– Дай мне свою юбку, – немедленно раздался откуда-то сверху голос Инсилая, – и метлу. Да шевелись ты, спящая красавица!

– Мне что, остаток дня в кустах сидеть, или с голой попой бегать? – возмутилась Илка. – Не пойдет.

– Черт с тобой, возьми мои штаны, – он сбросил откуда-то сверху скомканные джинсы. – Метлу давай и шаль тоже!

– Господи, ты, что, в этих штанах окопы рыл? – брезгливо разглядывая измазанные пылью и горчицей джинсы, спросила Илка, не решаясь их надеть.

– Фуфика ловил, – проворчал Инсилай, – да давай же скорее, копуша! А то все зрители разбегутся!

– Что ты еще придумал? – насторожилась Илка. – Тебе и так сегодня достанется по полной программе, Танита зла, как черт!

– Тем более, терять нечего, – усмехнулся Инсилай, – хоть повеселюсь от души. Какой гадостью ты свое помело мажешь? Антигравитационным скипидаром? Вокруг света без посадки, пока не одуреешь от вони!

– Ничего я не делала, – буркнула девочка, – Фог, не подсматривай! Черт возьми, тощий ты, братец, как вязальный крючок, я в твоих штанах дышать не могу!

– Зато я из твоей юбки выпадаю…

…В это время Танита в срочном порядке проводила расследование. Свиное сало, чуть было не испортившее репутацию школы, было определено в первые же секунды следствия. Оставалось вычислить исполнителя.

– Бролль, – едва услышав про жир, констатировала ведьма Берта.

– Он, – подтвердила ведьм Агнесс, немедля вспомнив странный запах, исходивший от пятен на штанах шкодливого Бролля.