Шрифт:
– Всем назначено, – возразил кто-то из посетителей, но стремительному продвижению Мага воспротивиться не рискнул.
Элрой чувствовал на себе ненавидящие взгляды, но шаг не убавил. «Критикую Локи, а сам действую его же методами, – мелькнуло в голове Мага, – но если по закону и вежливо, я здесь неделю проторчу». Он вошел в следующий зал. Никого. Тишина, полумрак, круг света на полу и тонкий луч с потолка. Элрой помедлил и шагнул в освещенное пространство.
– Господин Элрой? – немедленно откликнулась пустота.
– Да.
– Вы пунктуальны, как король. Я вызывал Вас по поводу обвинения, выдвинутого Вами против господина Локи.
– Обвинение снято, – без колебаний ответил Маг, – он просто свидетель.
– Что-то изменилось?
– Нет, просто выяснилось имевшее место недоразумение.
– А в деле Белеса недоразумений не ожидается?
– Белее арестован по факту совершенного преступления, а не по подозрению, – подумав, ответил Элрой. «Настучал Великолепный через Гектора во все инстанции, – с досадой подумал Маг, – интересно, кому я обязан этим визитом? Локи, Велесу или обоим сразу?»
– Зато он не предпринимал никаких попыток повлиять на битву в Запределье.
– Запределье и его битвы вне компетенции комиссии по магической этике.
– Тогда по какому поводу Вы выдвинули обвинение против Локи?
– Локи был обвинен в сознательном неоказании необходимой помощи, – медленно, тщательно подбирая слова, ответил Элрой. – Когда выяснилось, что его позиция невмешательства вполне справедлива, так как любое постороннее действие могло оказать влияние на исход битвы в Запределье, обвинение было снято.
– Вы и сейчас считаете его невиновным?
– В чем? – осторожно уточнил Элрой.
– Вам ведь известно, что Локи, нарушив обязательство свидетеля, покинул пределы Города и отправился в Альвар.
– Во-первых, Локи больше не интересует меня как свидетель, во-вторых, срок его явки в комиссию еще не истек. В третьих, я не припомню закона, по которому граждане Эйра не имеют права на свободное посещение Запределья, если, конечно, их визит не связан с контрабандой оружия и наркотиков. Это наша территория. Даже виза не требуется.
– Я понял. Вернемся к Велесу. Вы уверены, что принятые против него меры своей строгостью соответствуют тяжести совершенного им проступка?
– Нет, – вздохнул Элрой, подумав про себя: «Не могу же я его повесить, хотя стоило бы». – Но я уверен, они не дадут ему возможности совершить более серьезные проступки в самое ближайшее время.
– Это входит в круг Ваших должностных обязанностей, господин Элрой?
– Что именно?
– Профилактическая работа по предупреждению преступности в среде Магов? – Высший не скрывал иронии.
– Нет.
– Тогда, может быть, Вы все-таки предоставите господину Велесу его право на будущие ошибки и выпустите его под залог?
– Никто не имеет права на нарушение закона, – проворчал Элрой.
– Но ведь и осудить за еще не совершенное преступление тоже сложновато. Подождите свершившегося факта и творите правосудие.
«Как всегда, для наведения порядка требуется гора трупов», – подумал Элрой, но свое мнение благоразумно оставил при себе.
Глава 22
– Скажите мне, советник, – Магистр взглянул на Ар-си, – Вы ничего не меняли в наших законах в мое отсутствие?
– Нет, – честно сказала Варвара, в глаза не видевшая законов Запредельной империи и, тем более, ничего в них не менявшая.
– Тогда, могу я узнать, почему Вы кормите наших хищников молодыми девицами? Или у нас завелись двуглавые грифоны, питающиеся только юными девственницами?
– Это… не сказать чтоб девица, господин, – промямлил Арси, – это дочка Локи, будь он трижды неладен, та, что крутилась с Посланником.
– Родство с Локи и приятельские отношения с посланцем с ее стороны не предполагают нарушения закона с твоей стороны, – Таур, не терпевший самоуправства, недовольно покосился на советника.
– Да, господин, – немедленно согласился Арси, окончательно перестав ориентироваться в разговоре.
– Ладно, о девицах потом, что с Посланником?
– Сначала он почти умер, господин, – тема Инсилая была Варваре несколько яснее, чем законы Запределья, но в ней тоже было много информационных провалов. – Потом кое-что удалось исправить.