— В детстве мы его дразнили Слепышом, — рас­смеялся Денвер.

— В следующий раз при встрече так его и назо­ву, — с улыбкой сказал Питт.

— Надеюсь... вас не оскорбили ... наши слова, — запинаясь, выговорил Боланд.

Питт посмотрел на Боланда своим самым цинич­ным взглядом и ответил только:

— Нет.

Хантер и Сайнана обменялись взглядами, которые Питту легко было разгадать. Если офицеры и постара­лись скрыть тревогу, вызванную присутствием среди них сына американского сенатора, им это плохо удалось.

— Ну хорошо, мистер Питт, ваша взяла. Полагаю, вы здесь из-за канистры, которую держите в руках. Не расскажете, как она к вам попала?

— Я только посыльный, — спокойно ответил Питт. — Я обнаружил этот предмет, когда днем заго­рал на пляже. Он адресован вам.

— Ну, ну, — сказал Хантер. — Весьма польщен. Но почему именно мне?

Питт задумчиво осмотрел собравшихся и поста­вил цилиндр, все еще завернутый в бамбуковую циновку, на стол.

— Там внутри документы. На одном ваше имя.

На лице Хантера промелькнуло любопытство.

— Где вы нашли эту штуку?

— У оконечности мыса Каена.

Денвер наклонился вперед.

— Ее выбросило на берег?

Питт покачал головой.

— Нет, я проплыл за прибой и выловил ее.

Денвер казался удивленным.

— Вы проплыли за прибой у мыса Каена? Не ду­мал, что это возможно.

Хантер бросил на Питта задумчивый взгляд, но тот словно бы не заметил.

— Можно посмотреть, что внутри?

Питт молча кивнул и развернул цилиндр, не об­ращая внимания на просыпавшийся на стол для совещаний влажный песок. Цилиндр он протянул Хан­теру.

— Мое внимание привлек этот желтый чехол.

Хантер взял цилиндр в обе руки и показал ос­тальным.

— Узнаете, джентльмены?

Все закивали.

— Вы никогда не служили на подводной лодке, мистер Питт, иначе сразу узнали бы коммуникационную капсулу. — Хантер положил цилиндр и на миг коснулся его. — Когда подводная лодка хочет, оста­ваясь под водой незамеченной, связаться с корабля­ми сопровождения, сообщение отправляют в такой алюминиевой капсуле. — Он осторожно разворачи­вал желтый пластик. — Эту капсулу с прикреплен­ным к ней маркером с краской выбрасывают через сохраняющий герметичность канал. Когда капсула оказывается на поверхности, маркер высвобождается и окрашивает несколько тысяч квадратных футов по­верхности, что можно заметить с кораблей сопрово­ждения.

— А эти резиновые прокладки, — медленно сказал Питт, — обеспечивают герметичность корпуса под большим давлением.

Хантер выжидательно посмотрел на Питта.

— Вы читали содержимое?

Питт кивнул.

— Да, сэр.

Ни Боланд, ни Сайнана, ни Денвер не заметили отчаяния в глазах Хантера и не смогли бы его понять.

— Расскажете, что узнали? — спросил Хантер, точно зная, что услышит.

Прошло несколько секунд. Как бы Питту хоте­лось никогда не видеть этого проклятого цилиндра... но выхода не было. Несколько слов — и эта безрадо­стная сцена наконец закончится. Он глубоко вдохнул и медленно заговорил:

— Внутри записка, адресованная вам, адмирал. А также двадцать шесть страниц, вырванных из вахтенного журнала атомной подводной лодки «Старбак».

Далее вкратце изложены объяснения коммандера Дюпре с комментариями адмирала.

«Нет никакого объяснения аду, разверзшемуся за пять последних дней. Только я виноват в смене курса и в том, что привел корабль к необычному и трагиче­скому концу. Помимо этого могу только последова­тельно описать катастрофу — мой мозг работает не так, как следовало бы».

— То, что Дюпре не вполне владел своими умст­венными способностями, — поразительное признание человека, репутация которого была основана на его сходном с компьютером разуме.

«14 июня в 20:40 мы вошли в полосу тумана. Вскоре после этого на глубине всего десять морских саженей [2] нос корабля разорвало взрывом, и в носовой торпедный отсек хлынула вода, почти мгновенно за­топив его».

— Даже если коммандер знал, где произошел взрыв, внутри корабля или снаружи, он этого не написал.

«Двадцати шести членам экипажа повезло: они погибли в считанные секунды. Мы надеялись, что трое на мостике: лейтенант Картер, матросы Фаррис и Метфорд, — успели спуститься, прежде чем корабль ушел под воду. Трагические события показали, что мы ошибались».

— Если, как сообщает Дюпре, «Старбак» был в надводном положении, странно, что Картер, Фаррис и Метфорд не сумели за тридцать секунд спуститься с мостика. Невозможно представить, что Дюпре закрыл люк, бросив трех человек на произвол судьбы. Невоз­можно представить себе также, что спасать их было некогда — маловероятно, что «Старбак» утонул как топор.