«Сойдя» с санно-гусеничного поезда, Сихали повёл своих — Белого, Змея, Купри, Гирина — за собой. В народ.

Антаркты, сбежавшиеся на аэродром, были очень возбуждены, они просто изнывали от желания помочь — ящик с консервами тащили вчетвером, а ещё столько же числилось на подхвате.

Потолкавшись, Тимофей уступил дорогу сигналившему транспортёру, но тот не унимался. Браун недовольно поглядел на водителя — чего шумишь? — и неожиданно узнал сидевшего за рулём.

— Витька! — заорал он.

Виктор Волин, розовощёкий плечистый парень, просунулся в окно с радостным воплем:

— Привет, беспризорник! Садись, подвезу! Все садитесь!

Браун плюхнулся на переднее сиденье и крепко пожал Витькину пятерню. Гирин залез последним и, кряхтя, захлопнул дверцу за собой.

— Ты как сюда попал хоть? — поинтересовался Сихали.

— А как все! — ответил Волин, выворачивая руль. — По тихой подошли на субмаринах, да и высадились. Пипец… Здорово, Шурка! — обернулся он, весело оскалясь. — А чего это Рыжего не слыхать?

Тимофей увидел в овальном зеркале перед местом водителя, как застыло лицо Белого.

— Похоронили Рыжего, — измолвил Шурик ровным голосом.

Веселье на лице Волина угасло сразу. Он смолк, и только резкие движения рук, дёргавших дугу руля, выдавали его состояние.

Так — в молчании — и доехали до Куин-Мод.

— Эти стратопланы, — Сихали кивнул головой в сторону аэродрома, — улетают скоро? Ты не в курсе?

— Сказали — через три часа, — Виктор бросил взгляд на Брауна: — А чего?

— И куда их?

— В Буэнос-Айрес.

— Подходяще, — прикинул Сихали.

Волин резко затормозил напротив госпиталя — кузов был загружен лекарствами и роботоинструментами — и повернулся к генруку.

— В чём дело, Тим? — серьёзно спросил он.

Сихали глянул в овальное зеркальце и сказал:

— Рыжий перед смертью предложил угнать стратолёт президента Афросоюза.

— Зачем?! — вытаращился Виктор.

— Чтобы сесть на «Авалоне»! — выпалил Белый.

— Ох и ни… — чуть не выразился Волин. — Ни фига себе! Альварадо прижать?

— Придавить!

— Ага… — протянул Виктор. — Из Буэнос-Айреса в Йоханнесбург, а оттуда — к «Авалону»?

— Ты догадлив, как никогда.

— Ну, тут без пол-литра не разберёшься! — заявил Волин. — Пошли, парни, выпьем.

Он покинул транспортёр первым, а Сихали — последним. Всей компанией они завалились в салун «Гляссе». Переступив порог заведения, Тимофей сразу увидал давних друзей — коричневого молодого человека великолепного сложения — Джамила Керимова, и блондинистого Юту Хейзела.

— Джамил! Юта!

— Сихали!

Потрепав, как следует, друг друга, они сдвинули столики и уселись. Волин в двух словах обрисовал план Рыжего. Помянув Ершова пивком, Керимов уточнил:

— Так ты что хочешь, Тим, и этот стратоплан захватить? Ну, который от «Красного Креста»?

Браун мотнул головой.

— Да ты что… Нет, конечно. Доберёмся до Буэнос-Айреса «зайцами», а там уже сообразим, что и как.

— А регистраторы мы пройдём? — нахмурился Белый.

Гирин с жалостью посмотрел на Шурика.

— Какие регистраторы? — фыркнул он. — Регистратуру проходят перед терминалами, где таможня и всё такое, а мы-то уже на поле будем!

— Понял, в чём изюминка? — спросил Виктор Белого, хлопая того по гулкой спине.

— «Говорят, что среди далёких западных земель, — прочувствованно завёл Хейзел, — находится остров Авалон, обиталище эльфов, где время течет медленно. После сражения при Камелоте фея Моргана перенесла туда смертельно раненного короля Артура, а когда король умер, остров Авалон растворился в тумане…» Летопись Гластонберри.

Керимов усмехнулся. Пересчитав старых и новых знакомых, он сказал:

— Нас тут восемь человек. Хватит, чтобы захватить «Борт номер один», но штурмовать ввосьмером «Авалон»… — Джамил покачал головой.

— Наша задача — не на приступ идти, — терпеливо объяснил Сихали, — а прорваться в «крепость» и открыть «ворота». Там есть наш человек, он поможет, а «Грендель» уже на подходе к «Авалону».

— ОГ тоже там, — вставил Тугарин-Змей. — Будет.