Он подмигнул и двинулся вперед, но в его осанке Натану вдруг почудилось напряжение. Странно. Впрочем, одно верно — даже если предположить, что предупреждение на камне действует до сих пор, терять и правда нечего.

К тому же им все равно надо было ехать на юг.

Постоялый двор встретился на их пути, когда уже почти стемнело, и Натан подумывал, что придется ночевать в лесу у дороги. Но тракт неожиданно сделал крутой поворот, за которым из сиреневых сумерек вынырнул покачивающийся фонарь. Под фонарем оказалась приоткрытая дверь, из которой лился приглушенный свет. Натан вздохнул с облегчением. В этом путешествии он старался избегать ночевок под открытым небом.

— Повезло, — заметил он, направляя коня к трактиру.

— Повезло? — Эльф скорчил гримасу. — Друг мой, это же какая-то развалюха. Не хочу я здесь ночевать.

— А в лесу с волками хотите? — бросил Натан через плечо и спрыгнул на землю. — Эй, хозяин! Кто там!

С улицы был виден зал — полутемный и совсем пустой. Трактирщик, полный и грузный, почти как все его собратья по ремеслу, выкатился навстречу дорогим гостям. При виде Натана его лицо приняло раболепное выражение, при виде надменно взиравшего с коня эльфа он поклонился до земли.

— Что угодно добрым господам?

— Харч и кров, все самое лучшее, — коротко сказал Натан и украдкой бросил на Глоринделя предупреждающий взгляд. Эльф, все еще верхом, оглядывал подворье, презрительно поджав губы.

— Поедем дальше, — капризно потребовал он. — Может, что получше сыщется.

— На двадцать миль вокруг никого нет, добрый господин, как пить дать, — тут же вставил трактирщик.

Холодный взгляд мгновенно пригвоздил его к месту.

— А я тебя не спрашивал, холоп, — сказал Глориндель. Его конь всхрапнул и мотнул мордой.

— Лошадей бы напоить, — спокойно сказал Натан. — Займись, — и бросил повод трактирщику, который тут же препоручил его подбежавшему конюху.

Натан вошел в постоялый двор, не оборачиваясь, но спиной чувствуя тяжелый взгляд эльфа. Ничего, ему не вредно немного пыл поумерить. Да и все равно двигаться сейчас дальше было бы глупостью. Места глухие, наверняка неспокойно...

— Если ты еще раз так сделаешь, я тебя убью, — ровно сказал Глориндель, когда они сели за стол в углу зала — прежде эльфа все тянуло на середину, но Натан, кажется, приучил его хотя бы в этом не высовываться.

— Убивайте. Я умру с осознанием выполненного долга, а дальше добирайтесь до столицы как знаете. — Пристальный взгляд эльфа раздражал, и Натан, обернувшись, коротко бросил: — Капюшон получше натяните. Ни к чему лишние вопросы.

И тут же пожалел об этом, потому что эльф, фыркнув, решительно откинул опостылевший капюшон и вызывающе тряхнул золотистыми волосами. Они были слишком коротки для эльфа, не доставая даже до плеч, но уши все же прикрывали. Правда, не слишком надежно.

— Может, мне вас самому зарезать, а? — бессильно прошипел Натан, на что Глориндель лишь усмехнулся.

— Успокойся, друг мой. Сам видишь: тут никого, кроме этого холопа. Он небось только от бабки своей в сказках слышал про эльфов.

Разумеется, именно в этот момент подошла служанка, и ее молодое чуткое ухо не могло не уловить отголоска последней фразы. Простоватое лицо тут же приобрело выражение сосредоточенности, а хитрые глазенки устремились на не по-человечески красивое лицо Глоринделя.

— Добрые господа...

— Добрые господа вина желают, — резко перебил Натан, вынудив служанку испуганно вскинуться и перебросить не в меру любопытный взгляд на говорящего. — И говядины почище. Немедля.

— Слушаюсь. — Девчонка быстро поклонилась, снова метнула взгляд на эльфа, лениво вычищавшего кинжалом грязь из-под ногтей, и убежала. Натан медленно повернулся.

— Если вы сейчас же не поднимете капюшон, я сделаю это за вас, — проговорил он.

Глориндель бросил на него насмешливый взгляд.

— Что ты так волнуешься, друг мой? Все путевой камень покоя не дает?

Натан так удивился, что даже перестал злиться.

— При чем тут путевой камень?

— А притом, что с тех пор, как мы его минули, ты меня уже вконец достал своим нытьем, — резко ответил эльф, откладывая кинжал. — Что ты перетрусил-то так? И правда, что ли, боишься со мной подружиться?

— О чем вы? — Натан уже вообще ничего не понимал. У эльфа, конечно, мозги набекрень, но до сих пор откровенного бреда он вроде не нес...

— Да ну, не прикидывайся, я знаю, о чем ты думаешь битый час.

— И о чем же?

— О том, что на камне написано было. Если каждому из нас суждено потерять на этой дороге друга — мы его потеряем. А поскольку мы с тобой не друзья, значит, успеем ими стать, прежде чем кого-то из нас порешат.

— Не думал я ни о чем таком, — потрясенно и совершенно честно ответил Натан. А эльф, выходит, думал... вот тебе на... — Да и путевые камни часто врут...