— Убирайтесь отсюда! Оставьте его в покое! — Описав круг, Хэлен вновь мчалась на них.

— Еще одна твоя баба? — Самый высокий мужчина размахнулся и в последний раз ударил Николаса, распростертого на земле; его лицо было все в крови.

— Пошли, Джек, — сказал парень что постарше. — Мы все ему растолковали.

Джек обратился к Николасу:

— Если ты не понял, нам придется повторить. — Он ухмыльнулся. — Это будет неплохим развлечением.

— Убирайтесь! — закричала Хэлен, направляя на него лошадь.

Парень напоследок еще раз пнул Николаса, потом натянул шляпу и последовал за своими приятелями к стоящему у обочины дороги грузовику; мотор заурчал, и машина покатилась по пыльному проселку.

Хэлен соскочила с лошади и подбежала к Николасу.

— Как вы? Что случилось?

Ковбой, сплевывая, вытирал с лица кровь.

— Ничего. Все в порядке…

— Ничего?! Почему они?.. — Хэлен не могла найти подходящее слово, чтобы выразить ужас, который она испытывала. Девочка вытащила носовой платок и попыталась остановить кровь, стекающую тонкой струйкой из носа Николаса.

Он попробовал подняться и поморщился от боли.

— Может быть, вам что-нибудь сломали? — Хэлен скользнула рукой по его спине, помогая ему встать на ноги. — Вы уверены, что вам можно встать?

— Все нормально!..

Николас хмуро огляделся:

— Черт, моя лошадь убежала.

— Возьмите мою. Мы можем поехать вдвоем, — быстро предложила Хэлен. — Вам надо показаться врачу!

— Мне не нужен врач.

— Но…

— Все нормально! — Николас с перекошенным от боли лицом проковылял к упавшему дереву и осторожно опустился на него. Хэлен присела рядом. Он выглядел жутко: правый глаз почти не виден, на подбородке — огромная ссадина.

— Дайте мне вашу рубашку. Я намочу ее в ручье, и вы сможете стереть кровь!

Ковбой было запротестовал, но потом осторожно стянул рубашку. Хэлен увидела огромные синяки на его теле. Она быстро побежала к ручью.

— Я сама. Мне лучше видно, — сказала девочка, не отдавая мокрую рубашку.

— А мне что, нет? — сердито спросил Николас.

Хэлен улыбнулась, убирая прядь волос с подбитого глаза.

— Не так хорошо, как мне.

Она опустилась на колени у ног ковбоя: и стала осторожно прикладывать мокрую ткань к ранам на его лице. Николас напрягся, но сдержался и не застонал. Хэлен действовала медленно, удивляясь тому, что ее руки не дрожат.

В другой ситуации девочку била бы дрожь, но сейчас она стояла на коленях всего в дюйме от обнаженной груди своего ковбоя и нежно обмывала его окровавленное лицо. Хэлен сглотнула слюну, стараясь думать о парне только как о своем пациенте, но, несмотря на это, постоянно ощущала рядом с собой реального Николаса Лэнджа.

Он сидел, стоически ожидая, когда Хэлен закончит промывать его раны; но вот она все сделала, и глаза их встретились. У девочки перехватило дыхание, и она нервно облизнула губы.

Может быть, он ее поцелует?

Эта непрошеная мысль заставила Хэлен почти бессознательно потянуться к Николасу.

— Пошли, — сказал ковбой, с трудом поднимаясь. — Уже поздно. Нам надо возвращаться. — Стряхивая пыль со своих джинсов, Николас проковылял к лошади Хэлен.

— Подождите! — поспешила за ним девочка. — За что они вас избили?

Ковбой пожал плечами, протягивая ей поводья. Хэлен не взяла их.

— Что вы собираетесь делать? Дед будет спрашивать.

— Юлиусу незачем об этом знать, — резко сказал Николас.

— Он будет огорчен, — ведь вы выглядите так, словно но вам проскакал табун!

— Я скажу ему, что упал с лошади.

— Вы думаете, он поверит?

— Какая разница, поверит или нет. Это не его проблемы. — Лэндж бросил поводья и зашагал к роще.

Хэлен последовала за ним.

— Что случилось, Николас?! Скажите мне, или… или я расскажу деду о том, что видела.

Он повернулся и свирепо посмотрел на нее.

— Зачем?

— Потому что… потому что они должны быть за это наказаны!

Николас криво усмехнулся:

— В этом нет необходимости.

— Почему?!

— Черт бы тебя побрал, любопытная девчонка!

— Я не любопытная. И я не девчонка, — запротестовала Хэлен, уперев руки в бока, что заставило рубашку натянуться на ее груди.

Ковбой сердито посмотрел на подростка и пожал плечами.

— Может, и так, — пробормотал он, разглядывая ее.