— Как бы тебе сказать, — ответил Кассте не сразу. — Войди в мое положение. Принц я двоюродный. Денег у меня нет. Ты не думай, что если я принц...

— Ха-ха-ха! — расхохотался купец так, что чуть не упал с повозки. — Это ты мне говоришь? Да мне самому три принца столько должны, что страшно подумать. Один с Побережья, один из Долины, один с Северной стороны... И ведь не отдадут, гады. Думал продать в долговое рабство, да какие с этого деньги... Сами с голоду сдохнут. Так что, — купец хлопнул Кассте по плечу, — я тебя понимаю. В жизни у тебя больше ничего не осталось, осталось только познать Тайну мира.

— Ну да, — вздохнул Кассте. — Ты прав. Государства, чтобы им управлять, у меня нет и не будет. Денег, чтобы тратить как полагается принцу, у меня нет тем более и не будет тем более. В кризис тем более. Хотя бы последние деньги — копил три года — всю жизнь, можно сказать, — потратил на нужное дело. Теперь буду знать Тайну мира. А потом, скорее всего, и пойду в отшельники.

— Только ты обещал, что меня ни продашь, ни подаришь! — всполошилась Лета. — Обещал ведь!

— Не знаю, какое оно на самом деле важное, это дело, — купец отвернулся в пасмурную даль, — но у тебя, друг Кассте, теперь есть девчонка, которая читает так же, как ты. А это очень немало, поверь старику... За это стоит отдать все, что копил всю жизнь.

— Старику? — удивилась Лета, оглядывая купца. — И сколько же тебе лет, старик? На тебе седой волосинки нет.

— А почему я должен быть седой, если старый? — купец расхохотался и подхлестнул лошадей. — Старый что, обязательно значит дряхлый и мерзкий?

— Нет, ну привыкли все... — Лета смутилась и порозовела. — Старый должен быть как сморчок...

— Должен, девочка, именно должен! — купец снова расхохотался так, что чуть не упал с телеги. — Кому должен? И сколько? Так, — купец перестал хохотать, огляделся и остановил лошадей. — Приехали.

Они остановились на повороте. Здесь дорога уходила направо, огибая коричневое болото. Налево шла едва заметная тропка и растворялась в пасмурной дали, в которой мерцали угрюмые осенние горы.

— Воняет... — Лета втянула носом тяжелый воздух.

— Конечно, — купец расхохотался. — Болото оно и болото, чтобы вонять!

— Значит, — всмотрелся Кассте, — по этой тропинке...

— Когда-то это была мощеная дорога, не в пример этой, — купец махнул кнутом вправо. — Сами поймете... В общем, по этой, ха-ха-ха, тропинке вон до тех самых скал, — он еще раз махнул кнутом. — Оттуда направо и до предгорий. Отшельник живет вон за тем перевалом... Во всяком случае, жил, когда я там был в последний раз.

— А ты там был? — обернулась Лета. — И его видел?

— Конечно, — расхохотался купец. — В общем, Забытый камень еще в ту сторону дальше, но если вы сначала к Отшельнику, он расскажет. Ну, прощайте! Передавай привет папаше своему королю, царствие ему небесное.

— Не дождешься, — усмехнулся Кассте, протягивая купцу медяки.

— Не знаю, не знаю... — купец спрятал медяки в кошель, затянул его и уложил за пазуху. — Гиблое ты затеял дело, волшебник, — он посмотрел на Лету.

— Ах ты гад! — возмутилась та и даже подпрыгнула. — Значит, я...

— Да ты здесь причем, — отмахнулся купец и тронул поводья. — Это судьба. Ну ладно, счастливо!

Повозка со скрипом и стуком покатилась по каменистой дороге.

— Ладно, пошли, — Кассте вгляделся в пасмурный горизонт. — Скоро начнет темнеть, а тропинку и так еле видно.

* * *

— Сколько у тебя книг! — с уважением восхитилась Лета, прохаживаясь вдоль шкафов. — Ты что, их все прочитал?

— Почти, — кивнул Отшельник, сверкнув лысиной в ярком свете лампы. — Есть вещи, конечно, которые читать вовсе не обязательно, полный мусор, но я и те просмотрел.

— Зачем тебе полный мусор?!

— Понимаешь, есть такой закон, — Отшельник отошел в угол и загремел посудой. — Называется «в бочке меда ложка дегтя». Обратная сторона у этого закона называется «в бочке дегтя ложка меда».

— Понимаю, понимаю! — засмеялась Лета, стащив с полки большую книгу и раскрыв на середине. — Ты хочешь сказать, что иногда во всем полном мусоре попадаются полезные вещи... Но сколько мусора надо перекопать? Полного?

— Еще как попадаются, — отозвался Отшельник. — В каждой куче навоза будет своя жемчужина. В семье не без урода, это закон, по которому существует мир. Тут уж ничего не поделаешь, и в поисках ценного не гнушайся копаться в... Ну, в общем, ты поняла.

— Конечно! Слушай, а что это за язык такой? Я даже не думала, что такой бывает! — Лета круглыми глазами разглядывала диковинное переплетение букв на страницах. — И что, на нем даже говорить можно?

Отшельник, с чугунком в руках, подошел и заглянул в книгу.

— А, этот... Можно — было. Две тысячи лет назад.

— Правда?! — Лета оторопела. — А книга...

— А книга вот, видишь, осталась. И мы сейчас можем прочесть, что думали люди в то время.

— И ты тоже, — Лета благоговейно оглядела вязь букв, — можешь прочесть?..