— А я еще паруса не зарифил, — сокрушался Лепа, расхаживая перед порогом. — Нет все-таки, не стать мне настоящим морским волком. В прошлый раз зарифил — еле ноги успел унести. Теперь не зарифил — корабль снесло.

— Что ж ты хотел, — отозвался Дракон. — Чтобы стать морским волком, нужно сначала побывать морским волчонком и нахватать синяков. Волками, Лепа, или рождаются, или становятся. Ты ведь не родился волком? Ладно, остолопы никуда не денутся, найдем — пусть рассветет только да облака поднимутся. Сейчас погрузим золото и добросим этих домой, — он вытянул из мрака кончик хвоста и указал на Миту и Шеду. — Пошли грузить золото.

Дракон взял в зубы невод с бочками и проскользнул в пещеру. Ребята помчались за ним. Миновав коридоры, они оказались в той, самой укромной пещере, где хранились сокровища Острова — древние, сказочные и несметные. У Миты с Шедой от обилия и сверкания глаза просто полезли на лоб. Они растерянно замерли.

— Шевелись, — распорядился Лепа, укрепляя факел. — Работы по горло. До свету бы справиться.

— В общем, берите что надо. Я пойду полежу, погреюсь. Озяб что-то пока летал. Ветер какой-то мокрый сегодня.

Дракон уполз к очагу, скрежеща сверкающей чешуей. Лепа, Шеда и Мита зарылись в гору золота и драгоценностей, верхушка которой терялась во мраке над головой. Орудуя кубками, они черпали золото и самоцветы, со звоном и шелестом сыпали в бочки. Работа спорилась.

— Только бы герцогу хватило, — озабоченно повторял Шеда, старательно наполняя свой кубок. — Только бы выкупить.

— Ха, — рассердился Лепа. — Какой же ты нервный, Шеда. Я бы на твоем месте так с ума не сходил. Твоей вздорной девчонке красная цена — бочки полторы-две. Скажи еще спасибо, что старик прихворнул и не стал допрашивать как обычно.

— Я тебе сейчас как дам! — обиделась Мита. — Сам ты стоишь полторы бочки. Паруса не зарифил, а теперь больной старик будет с тобой носиться, над холодным морем, остолопов выручать. Хотя бы о старике подумал, если про остолопов забыл! Флибустьер несчастный.

— Нет, я все-таки тебя стукну! А потом посажу в бочку! Слушай, Шеда, мне тебя жалко, ты парень хороший. Вырастешь — звезды будешь считать... Звезды ведь! Давай ее запечатаем в бочку и выкинем, в море? Кто найдет — сам виноват.

— Дурак!

— Пожалей себя, Шеда!

— А что делать? — вздохнул Шеда. — У каждого своя судьба.

— Ну да, — Лепа тоже горько вздохнул. — Так что, друг Шеда, крепись. Со здоровьем у тебя, я погляжу, порядок. Жить будешь долго...

Он обернулся на Миту, которая аккуратно черпала кубком золото и сыпала в бочку.

— ...надеюсь, — закончил он вполголоса.

Наконец бочки были наполнены и закрыты. Лепа, Шеда и Мита как следует закрепили их неводом и отправились к очагу.

— Справились? — спросил Дракон. — Готовы ли емкости?

— Так точно, — Лепа кивнул. — Пора в путь.

Тогда Дракон проскользнул в золотую пещеру, схватил невод в зубы и поволок на улицу, в ветер.

— Свежеет! — он выплюнул сеть и понюхал воздух. — Живо ко мне на спину. Держаться крепко! Сдует — искать не будем.

Лепа, Шеда и Мита взобрались к Дракону на спину и устроились между крыльями, ухватившись за драгоценную чешую.

— Не щипаться! Держаться по-человечески нельзя? Будете щипаться — скину в холодное море, к морским собакам.

— Ну да! — воскликнула Мита с драконьей спины. — Так я тебе и поверила! Стоило с нами столько возиться!

— Жамолщи, вевщонка! — ответил Дракон с сетью в зубах. — Тевя шкину феввую.

— А вот не скинешь! Вот и не скинешь!

Здесь Лепа, не в силах больше терпеть такой непочтительности, треснул, наконец, девочку по затылку.

— Ах так! — закричала Мита ликующе. — Ты все-таки драться!

И стукнула Лепу по лбу. Лепа собрался врезать еще разок, но Дракон выплюнул невод с золотом и взрычал:

— Отставить!

И выпустил поток такого страшного пламени, что каменное плато осветилось до горизонта, а тучи опалились багровым огнем. Ребят обдало жаром, кожу на лице стянуло. На миг они в смятении замерли.

— Или молчите и мы взлетаем, или я вас поджариваю и иду допивать чай, — сказал Дракон мирно. — Выбор за вами.

— Летим, — ответила Мита.

— Тогда молчок!.. Золотая молодежь.

Он подобрал невод, дал разбег, ударил крыльями — оглушив ребят, которые съежились на спине, — и стал тяжело набирать высоту.