Две фотографии, положенные Суриковым рядом, – снимок неопознанного тела и карточка, взятая у Анны Сергеевны, – сомнений не оставляли. Погибшая – Маргарита Квочкина.

Задребезжал телефон. Звонил капитан Овчинников из ГАИ, однокашник Сурикова по школе милиции.

– Привет, Андрей. Ты меня искал? Чем можем?

– Салют, Тима! Пошуруй, будь добрым, по вашим записям. «Жигули» госномер И 22–44 МО. Не проходило ли по вашему ведомству?

– Запросто. У нас как в аптеке… Так… Так… И 22–44 МО. Есть такая. Обнаружена в аэропорту Домодедово. Видимо, кем-то брошена.

– Прекрасно, Тима. Машина осмотрена?

– А как ты думаешь? У нас…

– У вас как в аптеке, – съязвил Суриков, – я знаю. Что там обнаружено?

– И смех, и грех, старик. В перчаточнице разная хурма – сигареты «Ява», зажигалка. Под передним сиденьем резиновая дубинка. Трубка в пятьдесят сантиметров длиной, залитая свинцом. Самое интересное на заднем сиденье – джинсы, дамские колготки и шляпа. Черная…

– Ну народ в вашей аптеке! – восхитился Суриков. – Нашли тачку. В ней штаны без ног, шляпа без головы. И никакой волны.

Овчинников рассмеялся.

– Это, Андрюша, еще не все. Там домкрат был без колеса. Канистра без бензина. Нам из-за этого тоже волну стоило поднимать? Учти, заявлений об угоне на этот номер нет до сих пор.

– Тима, я не в укор. Я просто размышляю, как бы могло быть…

– Э, как могло! Проще пареной репы, мой капитан. Каждый из нас должен думать о том, где он снимает штаны и для чего…

Суриков созвонился с оперативником райотдела, который выезжал на место обнаружения трупа Квочкиной.

– Нужны пояснения, лейтенант, – начал Суриков.

– Мартынов, – подсказал собеседник. – Я готов.

– Что значит отсутствие брюк, колготок? И, судя по фотографии, первоначальное положение трупа весьма странное. Задранный подол, ну и все остальное. Наводит на мысль о сексуальном преступлении.

– Мы эту версию проверяли, – сказал лейтенант Мартынов. – Однако эксперты ее отвергли. Прямых контактов с мужчинами у погибшей в тот период не было.

– И никому не пришло в голову увязать неопознанное тело с найденными в машине джинсами и шляпой?

– Извините, товарищ капитан, но у нас в районе Шерлоков Холмсов нет. Машина прошла по сводкам в пятницу. И нашли ее где? А труп обнаружили два дня спустя. И тоже где? Какие тут связи возникают? И у кого?

В тот же вечер Суриков выяснил, что в управлении скопилось несколько нераскрытых дел, в которых фигурировали ограбления граждан с применением оглушающих ударов резиновыми дубинками по голове. Преступники нападали на свои жертвы в темных дворах или на безлюдных улицах. Два раза пострадавшие говорили о женщине, которая просила их проводить ее к дому.

В десять утра следующего дня из Ногинска в управление доставили Якова Иосифовича Светлова. Суриков, раскладывая бумаги, внимательно разглядывал действующее лицо печальной истории, и в нем все больше крепло убеждение, что в ней он отнюдь не исполнитель. Худое лицо, выступающие скулы. Тяжелый с горбинкой нос. Кончик его хищно загибается к верхней губе, и если ее чуть-чуть надуть, они соприкоснутся. Глаза испуганные. Взгляд бегающий. Явно чего-то боится, но показывать этого не хочет, хотя и скрыть растерянности достаточно умело не может. Интересно, есть ли у него версия, которую придется ломать, доказывая лживость каждого эпизода шаг за шагом?

– Где вы, Светлов, провели вечер в прошлый четверг?

– В прошлый четверг? – Яков наморщил лоб, изображая усиленную работу мысли. – Был дома. Отдыхал.

– У меня есть показания вашего отца. Он сообщил, что в четверг вечером к вам заходила девушка, и вы вместе уехали.

– Девушка? – Светлов сделал вид удивленный и вдруг вспомнил. – Да, в самом деле. Заходила Рита. Мы собирались в кино.

– Фамилия Риты?

– Квочкина.

– В какое кино вы ходили и что смотрели?

– Смотрели «Крокодил Данди».

– Вы сразу пошли в кино или еще куда-то заходили?

– Никуда.

– Показывали киножурнал или сразу дали фильм?

– Фильм, – сказал Светлов и вытер со лба пот рукавом. – По-моему, так…

– А если я скажу, что, по моим сведениям, демонстрировался киножурнал «Фитиль»?

– Действительно, я забыл. Как отрезало. Был «Фитиль».

Суриков понимал, что Светлов еще не догадывается, сколь глубоко он вляпался в трясину – ни руки, ни ноги не вытащить, – а он дергается, бодрится, должно быть, верит, что сумеет выкрутиться, уйти от ответственности. Что поделаешь, тактика типичная для правонарушителей мелкого пошиба – отрицать вину, когда очевидна истина.