В истории сохранились сведения о легендарных «валах Адриана», возведенных якобы римским императором Адрианом. Возможно, здесь имеется в виду та же стена вокруг Константинополя. Между прочим, в XV веке н.э. имя Адриан «вновь» появляется, но уже как название турецкой столицы Адрианополь, то есть Город Адриана [797], с.1526. Считается, что до 1453 года он был столицей Турции. Не Константинополь ли назывался также именем Адрианополь? И лишь затем это название переместилось на запад и застыло в виде названия современного города Эдирна? Имя Адриана писалось как Herdian и, вероятно, означало то же, что и Horde = Орда. Отсюда и guard = стража. Сравните Hadrian и guardian = стражник. Если это так, то Валы Адриана – это Валы Орды.

А славянское слово вал и английское wall недаром созвучны и означают одно и то же: стена. Еще один Вал Адриана сохранился в Англии, см. ХРОН7.

После распада «Монгольской» Империи в начале XVII века великое = «монгольское» завоевание стали изображать в Западной Европе, и в романовской России, самыми черными красками. В выборе выражений не стеснялись.

Приведем красноречивые фрагменты из европейских хроник, датированных якобы XIII-XV веками, но на самом деле написанных или существенно отредактированных уже в XVII-XVIII веках. Они рассказывают о вторжении «монголов» как о варварском вторжении Гога и Магога.

Подробное описание татар встречается в «Великой хронике» Матфея Парижского, якобы под 1240 годом. Вот что он говорит.

По-видимому, в эпоху не ранее XVI-XVII веков.

«Дабы не была вечной радость смертных, дабы не пребывали долго в мирном веселии без стенаний, в тот год люд сатанинский проклятый, а именно бесчисленные полчища татар, внезапно появился из местности своей, окруженной горами; и, пробившись сквозь монолитность недвижных камней, выйдя наподобие демонов, освобожденных из тартара (почему и названы тартарами, будто “[выходцы] из Тартара”), словно саранча, кишели они, покрывая поверхность земли» [722], с.240.

Говоря о Татарах как о народе, вырвавшемся из-за «монолита недвижных камней», Матфей Парижский недвусмысленно отождествляет Татар с Гогом и Магогом, которые прорвались сквозь «стену Александра».

Матфей продолжает: «Оконечности восточных пределов подвергли они плачевному разорению, опустошая огнем и мечом… Они люди бесчеловечные и диким животным подобные. чудовищами надлежит называть их, а не людьми, ибо они жадно пьют кровь, разрывают на части мясо собачье и человечье и пожирают его» [722], с.240.

Как мы уже говорили в ХРОН4, л.18:17, Матфей Парижский для убедительности иллюстрирует сказанное выразительным рисунком, нашу прорисовку которого мы приводим на рис.8.7. См. [1268], с.14. Слева варвар-«монгол» отрубает голову несчастной жертве, другой «монгол», держа в каждой руке по отрубленной человеческой ноге, с аппетитом пьет хлещущую из них кровь. Третий, проглатывая слюнки в предвкушении вкусного обеда, не спеша, поджаривает на вертеле свежий человеческий труп.

Так изображали наших предков западные европейцы уже в XVI-XVII веках. Или позднее. Что-то знакомое есть в этом. Складывается ощущение, возможно субъективное, что в XVII-XVIII веках возникла определенная несовместимость нового западноевропейского мировоззрения с русским «монголо»-восточным. Отчасти рассогласование сохранилось и сегодня.

Вернемся к Матфею Парижскому. Он сообщает о «монголах» следующее: «Одеты в бычьи шкуры, защищены железными пластинами» [722], с.240. Но ведь не в диких же степях ковались эти латы. Значит, у «монголо-татар» были и металлургические заводы и развитое оружейное производство.

И далее. «Роста они невысокого и толстые, сложения коренастого, Сил беспримерных. В войне они непобедимы, в сражениях неутомимы. Со спины они не имеют доспехов, спереди, однако, доспехами защищены… Они не знают человеческих законов, не ведают жалости, свирепее львов и медведей. Они сообща, по десять или двенадцать человек, владеют судами, сделанными из бычьей кожи, умеют плавать и ходить на судах. Вот почему широчайшие и самые быстрые реки они переплывают без промедления и труда. Когда нет крови, они жадно пьют мутную и даже грязную воду… (а так обычно пьют только свежую кровь? – Авт.). Никто из них не знает иных языков, кроме своего, которого не ведают все остальные народы, ибо вплоть до сего времени не открывался к ним доступ и сами они не выходили… Они ведут с собой стада свои и жен своих, которые обучены военному искусству, как и мужчины…

Полагают, – вдохновенно рассуждает Матфей, – что эти тартары, одно упоминание которых омерзительно, происходят от десяти племен, которые последовали, отвергнув закон Моисеев, за золотыми тельцами и которых сначала Александр Македонский пытался заточить среди крутых Каспийских гор смоляными камнями. Когда же он увидел, что это дело свыше человеческих сил, то призвал на помощь бога Израиля, и сошлись вершины гор друг с другом и образовалось место, неприступное и непроходимое…