Лейбер Фриц
Шрифт:
— Помочь в чем? Дорогая, ты же так и не сказала…
— Тратишь время, детка, — перебил Гомер Хемингуэй, едва удостоив Гаспара презрительно-отсутствующего взгляда.
— А что это за чугунный шар у тебя в руке, Элоиза? — игнорируя Гомера, поинтересовался Гаспар.
Вопрос, казалось, привел его атлетическую фурию в восторг.
— Ты же читаешь много книг, правда, Гаспар? Когда-нибудь читал о нигилизме и нигилистах?
— Не могу этого сказать, дорогая.
— Ну так прочтешь, родимый, прочтешь. Фактически уже сейчас ты можешь узнать, что значит быть одним из них. Дай ему свой топор, Гомер.
Гаспар внезапно вспомнил разговор с Зейном Гортом.
— Э, народ, так вы бастуете? — недоверчиво спросил он. — Элоиза, ты никогда и словом не обмолвилась…
— Конечно, нет! Я не могла доверять тебе. У тебя много слабостей, особенно к словомельницам. Но сейчас у тебя есть шанс утвердиться. Возьми топор Гомера.
— Да посмотрите, люди, вы не сможете применить насилие, — серьезно заволновался Гаспар. — Проспект набит роботами-наемниками.
— Ну, они нас не волнуют, парень, — загадочным тоном произнес Гомер Хемингуэй. — Мы кое-что знаем об этих жестяных извращенцах. Если это все, что тебя тревожит, парень, хватай топор и развороти-ка парочку словомельниц.
— Разворотить словомельницы?! — Гаспар ахнул с таким изумлением, словно произнес кощунственные фразы: «Убить папу римского?», «Отравить озеро Мичиган?» или «Взорвать Солнце?»
— Да, разворотить словомельницы! — рыкнула его прекрасная людоедка. — Быстрее, Гаспар, выбирай! Ты — настоящий писатель или штрейкбрехер? Ты герой или издательский стукач?
На лице Гаспара появилось выражение крайней решимости.
— Элоиза, — твердо сказал он, подходя к ней, — мы сейчас же отправимся вместе домой.
Огромная волосатая лапа схватила его и швырнула на каучуковый тротуар.
— Леди пойдет домой, когда придет время, парень, — зловеще заявил Гомер Хемингуэй. — И со мной.
Гаспар вскочил и попытался нанести боковой удар с разворота, но был отброшен ленивым тычком в грудь, который заставил его задохнуться.
— И ты называешь себя писателем, парень? — с удивлением проговорил Гомер, проводя еще один удар, мгновение спустя выключивший сознание Гаспара. — Да ты и близко возле них не стоял.
3
Сияя бирюзовыми костюмами с опаловыми пуговицами, «папаша и сынок» самодовольно стояли у словомельницы. Писатель с дневной смены так и не появился. Охранник Джо спал прямо под табельными часами. Остальные посетители разбрелись. Откуда-то появился розовый робот и тихо пристроился на табурете в дальнем углу сводчатой комнаты. Его захваты двигались так, что казалось, будто он вяжет.
Отец. Ну вот, сынок. Посмотри-ка на это. Ну, ну, не нужно так запрокидывать голову.
Сын. Она большая, папа.
Отец. Действительно. Это словомельница, сынок, машина, которая пишет художественные книжки.
Сын. Она пишет мои книжки с рассказами?
Отец. Нет, она пишет романы для взрослых. Гораздо меньшая по размеру машина — почти твоего роста — пишет для маленьких…
Сын. Давай уже пойдем, папа.
Отец. Нет, сынок! Ты хотел посмотреть словомельницу, ты просил и просил, а мне стоило больших неприятностей достать пропуск посетителя, и поэтому ты сейчас будешь смотреть на эту словомельницу и слушать мои объяснения.
Сын. Да, папочка.
Отец. Ну, видишь, это вот так — нет… вот, вот так…
Сын. Это робот, папа?
Отец. Нет, это как электрик или твой учитель. Словомельница — не личность, какой является робот, хотя оба сделаны из металла и работают от электричества. Словомельница — почти как электрическая счетная машина, но имеет дело со словами, а не с цифрами. Она вроде большой шахматной или военной машины, с той лишь разницей, что действия производит в романе, а не на доске или на поле боя. Однако словомельница, в отличие от робота, неживая и не может двигаться. Она может писать только художественные книги.
Сын (пиная металлический корпус ногой). Дурная старая машина!
Отец. Не делай этого, сынок. Значит, это вот так, есть множество способов рассказать одну и ту же историю.
Сын (все еще вяло пиная машину). Да, папа.
Отец. Эти способы зависят от того, какие выбраны слова. Но раз уж одно слово выбрано, все остальные должны соответствовать этому первому слову. Они должны нести то же настроение и соответствовать возрастанию напряжения с микрометрической точностью. Впрочем, это я объясню тебе позже.