– И почему же?

– Потому что вы упустили одну очень важную деталь. Пробелы в образовании очень легко могут быть перекрыты. Кроме того, помимо вашего церковного образования существуют и другие возможности получить образование. И, говоря о пробелах я говорила лишь о пробелах в образовании, подобном тому, какое дает ваша церковь.

– Так значит, вы представитель другой церкви?
– усмехнулся он.
– И какой же?

– Неверный вывод. Образование способна давать не только церковь.

– А это глупость! В нашем мире образование может дать только церковь и никто более. Потому что все знания мира принадлежать церкви, и это незыблемо везде и всегда!

– Да ну? Даже в соседней галактике ваша церковь образование дает?
– усмехнулась Люр.

– Для начала, тебе придется доказать, что ты явилась из соседней галактики, чтобы такое утверждать.

– Я всего лишь вопрос задала, а ничего не утверждала, господин привиратель.

– Полагаю, твое время истекло, и тебе пора покидать библиотеку, - заявил он.
– Прошу на выход.

Люр не стала противиться, потому что формально церковник был прав. Она платила за возможность читать в библиотеке до конца "рабочего дня", а он то, как раз, и закончился.

– У меня остался только последний вопрос, - заявила она.
– Где мне искать тех, кто в разговоре на пособные темы не станет пробегать к применению собственной власти?

– С такими запросами тебе надо идти на улицу Скабрезов, - заявил церковник.

Люр после этих слов глянула на человека совсем иным взглядом. Он еще смеялся в своих мыслях, считая, что удачно ответил на вопрос "глупой бабы".

– Полагаю, Инспектор будет сильно удивлен, когда я расскажу ему, как вы со мной разговаривали, - произнесла Люр и быстро прошла на выход из библиотеки. Церковник не успел ее догнать и, когда оказался в дверях, увидел, как женщина прыгнула в пролет лестничной клетки. Он тут же пробежал туда и глянул вниз с третьего этажа. Но Люр там уже не было. Она не упала с третьего этажа, а пролетев до второго мгновенно исчезла и задержалась на мгновение рядом в невидимой фазе, наблюдая за человеком. Церковзник заметался, пронесся на второй, затем на первый этаж, пытаясь понять, куда делась женщина, затем помчался назад и еще долго искал ее, считая, что она прячется где-то на этажах.

Город посреди полупустыни, казалось не мог существовать. Не было для этого природных предпосылок. Однако, город процветал и здравствовал. Причиной этому было множество торговых путей, сходившихся в этом месте. И именно поэтому в городе можно было встретить самых разных существ, начиная от обычных людей, заканчивая ратионами и даже скафами разных пород.

Люр не первый раз меняла место жительства для того, чтобы изучать мир, начиная из центров цивилизаций. И мир не переставал ее поражать своей необычностью и устойчивостью. Церковь правила этим миром вот уже более миллиона лет. И, казалось бы, что ее давно все должны ненавидеть и проклинать, но такого не было. Мир вот уже многие тысячи лет обходился без серьезных войн и жестоких катаклизмов. Природа жаловала жителей и не приносила серьезных катастроф, а редкие землетрясения, наводнения и бури весь мир давно уже принимал как несерьезные бедствия. Их было не избежать, но против них было не мало средств борьбы. Сейсмоустойчивые здания, водоотводные каналы, мощные укрытия от бурь и штормов вошли в жизнь мира как само собой разумеющееся, как часть бытия, и здесь давно никому не приходило в голову, что за иной вид соседна надо закидывать камнями или прогонять из города.

И все же, без борьбы нет жизни, без несчастий сложно познать счастье. Без худа не бывает добра. Во многие дела церковь просто не вмешивалась. И одним из таких дел были общественные отношения. Рабство оказалось довольно приличной ложкой дегтя в бочке с медом каким мог показаться здешний мир снаружи. Рабом мог оказаться кто угодно. И человек, и тигр-скаф. Бывший король сидел на одной цепи с нищими и ворами.

В обществе процветали самые жестокие игрища. Ограбления среди бела дня на виду у всех были едва ли не нормой. Караванщику, не сумевшему защитить свой товар, уже никто не помогал. Только сами они могли вернуть потеряное или умереть в этой борьбе. Отсутствие серьезных войн было всего лишь следствием того, что никто не был способен построить вооружить большую армию, ибо оружие производилось в ограниченном количестве в разрешенных церковью квотах. На этом контроле все и останавливалось.

Перед серой львицей, входившей в город, разыгрался целый спектакль. Молодой солдат, по мнению старшего, не отдал честь служителю церкви, как полагалось, за что получил сначала затрещину, затем выговор и нравоучительную лекцию, в которой сержант объяснил молодому, в чем тот не прав и почему он обазан отдавать честь любому служителю церкви, даже если тот выглядит не как человек. Под разглагольствования на эту тему Люр и прошла в город, и стражники не подумали ее задерживать, как не думали задерживать и множество других существ, входивших в город.

Цергалл принимал всех, и стража следила лишь за соблюдением формальной законности, тме не менее, не вмешиваясь ни в какие стычки и ссоры между гражданами и не гражданами города. Цергалльское гражданство, как оказалось, довольно серьезно ценилось, и Люр получила от ворот поворот, когда обратилась к властям с официальным заявлением с просьбой о получении гражданства. И, тем не менее, гражданство было необходимо получить, потому что Люр собиралась остаться в этом городе надолго, ибо ее целью было попасть в Цергалльскую Академию, считавшуюся одной из лучших в мире. А это можно было сделать только имея гражданство Цергалла.