– Узнал, – в голосе чучельника прозвучало недоумение. – И ради каких-то часов столько заморочек?

– У богатых свои причуды, – усмехнулся мучитель. – Вас должен интересовать только результат: я получу часы, вы получите свободу!

– Часы у Миксера… – проговорил чучельник.

– Отлично! Ведь Миксер ваш подельник, так что проблем не должно возникнуть… Ну так как, какой вариант вы выбираете?

– Третий, – выдохнул чучельник, пошевелив затекшими руками.

– Отлично! Я верил в то, что мы с вами договоримся! – Мужчина достал из кармана складной нож и в два счета освободил чучельника от веревок. После этого он показал ему пистолет – второй, не тот, из которого был убит милиционер, – и проговорил: – Это так, на тот случай, если вы случайно передумаете. Я вам советую не обольщаться. Вы, конечно, человек крепкий, физически развитый, но я моложе и к тому же вооружен. Так что советую отправляться по своим делам. И не затягивать с часами, сроку вам одни сутки… или, если предпочитаете – двадцать четыре часа!

Сергей Прохорович, пошатываясь, поднялся на ноги.

У него и в мыслях не было нападать на этого наглеца: руки и ноги едва слушались его.

Ни слова не говоря, он побрел к выходу.

Когда шаги чучельника затихли, Маркиз (а это, конечно, был он) повернулся к окровавленному телу и проговорил:

– Ну все, Ухо, можешь подниматься!

Окровавленный труп пошевелился, застонал, и Ухо, старый приятель и подельник Маркиза, поднялся на ноги и сбросил с себя перепачканную красным куртку.

– Ну, чуть не уснул, пока ты тут разговоры разговаривал! И отлежал себе все конечности. Нет, такая работа не по мне, я лучше с машинами управляюсь!

– Покойника ты тоже неплохо сыграл! – одобрил приятеля Маркиз. – Лолка наверняка поставила бы тебе твердую четверку за актерское мастерство!

– А еще за риск! – Ухо покачал головой. – Конечно, бронежилет я надел, а если бы он выстрелил в голову?

– Неужели ты думаешь, что я рискнул бы твоей жизнью? Хорошего же ты обо мне мнения! Мы же с тобой друзья! У него в пистолете были только холостые.

– Когда это ты успел? – удивился Ухо.

– Это не я! Это Лолка подсуетилась! Пока в кабинете у него крутилась…

– Не думайте, что я ничего не делаю, – говорил Маркиз Михаилу, подсев в его машину на улице Савушкина, недалеко от въезда на Приморское шоссе, – откровенно говоря, задали вы мне задачу. Выйти на след часов было несложно, но за это время они успели поменять несколько хозяев, и один малолетний мерзавец отдал их за долги одному такому криминальному типу, который торгует наркотой.

– Это опасно? – встревожился Михаил.

– Если честно, то да, – признался Леня, – меня чуть не убили. Но я не жалуюсь, а просто ввожу вас в курс дела. Думаю, что часы я найду в самое ближайшее время, однако хотелось бы знать, что вы собираетесь с ними делать?

– Я думал об этом, – вздохнул Михаил, – нужно обязательно узнать, в чем там дело с этими часами.

– Вы хорошо помните текст завещания, возможно, там что-то об этом говорится…

– Да нет, только то, что младшему сыну отец завещает семейную реликвию – эти серебряные часы, надеется, что я сохраню их…

– Как память? – встрепенулся Маркиз. – Там написано – «как память»?

– Не… не помню, – смутился Михаил, – но я могу взять копию завещания у брата. Как раз сейчас к ним еду – сорок дней…

– Вот и чудно, – согласился Леня, – покрутитесь там, поразнюхайте, только напрямую спрашивать ничего не нужно. Что-то мне подсказывает, что тот тип, который хочет заполучить часы, постарается пробраться в вашу семью, чтобы действовать, так сказать, изнутри.

– Хорошо. Я жду подругу, так что не смогу вас подвезти, – сказал Михаил.

– Это и не нужно. Созвонимся. – И Леня вышел из машины.

Он прошел два квартала и свернул в переулок, где оставил машину. Проезжая мимо автомобиля Михаила, он увидел, что в него садится потрясающая женщина – высокая стройная брюнетка. Женщина была в черном в меру коротком платье и черном жакете. Чувствовалось, что платье сидит как влитое, однако жакет был застегнут на все пуговицы, чтобы скрыть откровенный вырез.

«Сорок дней, – вспомнил Леня, – полагается в черном…»

В последний раз мелькнула длинная нога в изящной черной лодочке, и дверца машины закрылась.

– Однако, – Маркиз покрутил головой, – кто бы мог подумать, что в подругах у этого рохли и зануды пребывает такая потрясающая женщина?.. Не пора ли поменять мнение о клиенте, а то как бы не лопухнуться…

Дверь открыла невестка Михаила, Марианна, жена его второго брата Сергея, того самого, которому достался от отца этот дом.

– А, это ты… – проговорила она с таким откровенно разочарованным выражением на лице, как будто вместо желанного гостя увидела на пороге почтальона, переписчика или соседку, заглянувшую занять стакан сахара. – Заходи…