Известие о противнике никакого трепета в командире крейсера не вызвало. Напротив, как и всякий сильный боец, он даже порадовался возможности померяться калибрами. В своих 54 калибрах он был уверен, и, кроме того, в юношестве темой его дипломной работы был бой артиллерийского корабля с авианосцем.

Миновав разведенные мосты, Крейсер "Аврора" наконец покинул устье Невы, и, оставив на траверзе Галерный остров, вышел в Невскую Губу. Крейсер шел в бой впервые за последние сто лет. Времени переодеть дореволюционную форму на современную не нашлось. Хорошо ещё, что над кораблем реял все тот же славный Андреевский флаг.

Дрожь понимания, что теоретические мечтания перейдут в практическую плоскость прямо сейчас, пронзила капитана первого ранга: примерно в десяти километрах от Морской набережной нагло дрейфовал литоральный корабль LCS 33. На его вертолетной палубе вращал на холостом ходу свои винты хищного вида боевой вертолет.

"Лево на борт – курс на Невские ворота, пойдем Морским каналом" – приказал командир. От LCS 33 капитан 1-го ранга надеялся скрыться за Канонерским островом.

"Главный командный пункт переношу в боевой рубку, всем – бегом".

В отличие от боевой интеллектуальной управляющей системы соединения кораблей БИУССК, у военного летчика вид вышедшего в Невскую Губу корабля водоизмещением в 7000 тонн мысли о музее не вызвал. Над акваторией пронесся истошный крик: "от города к Вам несется какая-то старая калоша! Бойтесь тарана!"

Против ожидания, никакие скоростные лодки с диверсантами от города в направлении охраняемого ордера не направлялись, и командир LCS 33 уже было решил, что такая война ему нравится и что все идет как по маслу. Вдруг от изумления он выронил на негорючий настил рубки управления пеньковую трубку, которая так приятно роднила его образ с понятием "морской волк". Почти сразу после невероятного сообщения о какой-то калоше ("что они, интересно, курят в своих патрульных самолетах" – подумал он) командир LCS 33 ясно видел эту самую старую калошу, по виду напоминавшую корабль 150-летней давности, промелькнувшую в устье Большой Невы и резво скрывшуюся за Канонерским островом.

"Вертолету – взлет! Все же они, видимо, собираются таранить своим утилем наших!! Топи их".

Пилот вертолета был опытным асом – до назначения на LCS 33 он пять лет практиковался в афганских ущельях. Международная миротворческая миссия в Афганистане шла с большим успехом, если под ним подразумевать отработку новых образцов техники и тактическую тренировку вертолетчиков в боевых условиях. Однако, перевалив Канонерский остров, наработанные навыки сыграли с пилотом дурную шутку – он, подобно тактике войны в ущельях, стремительно бросил вертолет вниз, первым делом спасаясь от вероятной ракетной атаки со склонов гор.

На корме крейсера "Аврора" стрелок-наводчик ютового 152-мм орудия 2А36 "Гиацинт-Б", неожиданно увидев в орудийном прицеле камнем падающий в километре от него хищный боевой вертолет, испуганно вздрогнул. При этом, поскольку дрогнула и его лежащая на спуске орудия рука, в теснине Морского канала раздался оглушительный выстрел.

Боевой вертолет, базировавшийся на LCS 33, без преувеличения был прекрасно бронированной, исключительно надежной и маневренной машиной. Шанс встретиться с 152-мм снарядом у него был совершенно ничтожен, и только наложение двух случайностей (не вовремя примененный пилотом опыт войны в ущельях и неверная рука у впечатлительного стрелка-наводчика) позволило этой встрече состояться. Встреча закончилась для вертолета печально – его кабина разлетелась на мельчайшие фрагменты. Снаряд, если бы он обладал сознанием, несомненно, воскликнул бы в момент своей славной гибели: "очень хороший был вертолет".

Звук артиллерийского выстрела (а перепутать верных 155 мм со стрелковым оружием диверсантов, против которых его ориентировали, командир LCS 33 бы при всем желании не смог) и последовавшее радиомолчание на частоте связи с вертолетом, вместе с докладом об исчезновении отметки с экранов РЛС, было понято командиром правильно. Пройдя пять километров, большой русский артиллерийский корабль окажется на дистанции поражения охраняемого им ордера. Поднятые на палубу контейнеры с противодиверсионными гранатометами и пулеметами калибра 7,62 были совершенно бесполезны, и времени отправлять их в трюм и поднимать чего-либо более существенное у него уже не было.

"Курс – к оконечности Морского канала. Орудие к бою. Приготовиться к тарану".

Теперь, отдав воинскому долгу все необходимое, можно напоследок воспользоваться служебным положением в личных целях. "Связь: срочно спутниковый телефонный звонок моей жене – надо успеть попрощаться".

Выстрел кормового (ютового) орудия стал для капитана первого ранга неприятным сюрпризом. Впрочем, доклад о его результатах – тоже сюрпризом, теперь уже приятным.