Мда... Издеваются. Туземцы-юмористы-сатирики. Остряки. Остряк - это заострённый конец чего-нибудь. Торчит себе остро - пока не обломают. Я бы на их месте тоже... острил. И пальцами показывал. Проявляя своё остроумие в присутствии дозревающих самочек. На мне только бандана. В формате: "обёртка набедренная мокрая". А как еще по мелководью лазить и раков из нор вытаскивать? Даже крестик на берегу оставил. У былинного Добрыни Никитича, когда за ним Змей Горыныч во время купания подглядывал, хоть шапка была. Не купальная, а такая... эластичная. Лыжная наверное. Богатырь в неё по семь пудов песка речного утрамбовывал, раскручивал и головы Змею отшибал.

А у меня только дрючок. Я им раков и вытаскивал.

Я - не Грека. И рук своих жалко. Так что -- дрючком. Сунешь в норку, рак за палку хвать - и тащи. А то в этих подводных норках можно не только на раков нарваться. На змей не нарвался - нарвался на деревенских. Ох как они меня не любят. Просто по факту моего существования -- чужак. И в прошлой жизни не любили. И я их. Вообще - не люблю селян. Хоть хуторских, хоть деревенских. Правильно Маркс говорил: "Капитализм избавил человечество от идиотизма сельской жизни". Будем ждать капитализма? Или как-то самому с этими идиотами... Может, поговорим?

Но беседа началась без меня. Три девицы, увидев моё... почти полное обнажение, включая абсолютно голую голову, начали хихикать и шептаться, старательно изображая смущённую этим зрелищем невинность. Странное дело: все всё знают и видели. Бани - общие, дома - из одной общей комнаты. Мужчина с обнажённым торсом во время тяжёлой работы -- нормально. Но чуть ситуация нестандартная - нарушение табу. "Не обнажай наготы матери своей, и сестры своей, и...". Там еще длинный список родственниц. Тора, блин. Опять евреи со своими правилами. А меня там нет. В том списке евреек-родственниц - точно. Все равно - туземками старательно изображается реакция на нечто неприличное.

Туземцы острят - ну бог им в помощь. Но снова влезла Любава. Вернусь - обязательно выпорю малявку. Лезет во всюда без спроса. Что она девкам сказала - не расслышал, но у тех и челюсти отпали. Потом синхронно поджались. Три куриных гузки в платочках. Прима из девок что-то сказала своему долговязому соседу, альфе среди парней, тот рукой махнул. Мою Любаву - по уху, сшибли с ног, задрали рубаху на голову. Двое к леску побежали - крапивы нарвать. А вот это уже не есть хорошо. Что можно сделать с женщиной с помощью крапивы...
– это я на Марьяше проходил.

Вообще-то, девчонок бить нельзя. Феминисток здесь нет, а к остальным отношение нормальное - как к женщинам. Но бабы в разборки мужские лезть не должны. А Любава -- влезла. А еще она маленькая и чужая. Бить не будут, но по малолетству крапивой отстегают.

Ха! А ситуация потихоньку изменилась: было 12 к 1. Теперь шестеро держат пленников, двое за крапивой убежали. 4 к 1 - можно рискнуть.

– - Эй ты, длинный, помоги выбраться.

– - Помогите плешивому. А то у него ножки от страха ослабли. Гы-гы-гы, хи-хи-хи.

Зря вы так, остряки туземные. Говорят, когда в одном селе мальчишки додразнили пророка Илью за его плешивость, то из леса вышло пятьдесят медведей и порвали насмешников в клочья. Или это насмешников было полсотни? Неважно, будешь дразнить человека с лысиной -- готовь корзинку для упаковки собственных останков. Учите матчасть, детишки. В данном конкретном - Святое Писание.

Подскакивают двое, ручки тянут. Дрючок - в корзинку, корзинку за спинку. Берём отроков за ручки, взяли... и дёрнули. Я - туда, а вы обратно. Вам -- в реку, мне на берег. Под берегом глубина - по пояс. Но я выскочил сходу. А они - соскочили. Головами в воду. Корзину из-за спины - на живот, сдвигаем крышку, достаём рака. Аккуратненько, за спинку. У, какой злой. Я бы тоже обижался, если бы меня из собственного дома выдернули и в трясучую корзинку посадили.

Так, а где тут эта длинномерная местная альфа? Прибежал? Молодец. Тебе -- первый приз. На. Растопыренными клешнями - прямо в нос. Сработало. Зажим у взрослого рака - отнюдь не "для бумаг". И это хорошо слышно. Как он отпрыгнул... Не рак -- альфа. Высоко. И напарника своего, толстяка-переростка сбил с ног. А вот и напарнику подарочек - прямо за шиворот. Завыл. С задержкой по толстокожести, но и до этого дошло. Продолжаем применение моего оригинального биологического оружия хватательно-зажимательного типа.

Держатели моих раколовов-заложников на месте? Счас изменим. А вот покидать место несения службы без приказа не надо: я ведь и ножкой могу. Снести. Бить пыром в поднимающуюся с колен физиономию - одно удовольствие. Вот она была и вот ее нету. Не надо от меня бегать: вы сюда сами пришли, а вот уходить будете... по моей команде. С нарастающим ускорением и звучанием. За ножку -- цап. И лодыжку вздёрнуть вверх. Рак, влетающий в оттопыренную штанину, звуков не издаёт, в отличии от носителя штанов и владельца их содержимого.